Незадолго до смерти Риччи даже приговорили к смерти в результате одной из его вспышек, но не казнили. Его друг и преемник отец Вербье преуспел в изучении математики и составил гравированный календарь, превосходящий любой из известных в Китае, велев выгравировать над каждым днем имя христианского святого. (Вербье и другие иезуиты помогали также маньчжурам, захватившим власть в Китае после 1644 года, сражаться с малочисленными русскими отрядами в Приамурье, в частности при осаде Албазина в 1685 и 1686 годах. — Ред.) Исправленные издания календаря Риччи продолжали использоваться вплоть до конца XIX века.

Таким образом влияние иезуитов стало почти исключительно научным и менее религиозным. Разумно сомневаться, действительно ли преемники Риччи выяснили, как примирить непреложные претензии своей религии с надлежащим расположением к китайской религии и культуре.

Все же усилия Риччи нельзя считать напрасными. К 1650 году в основных китайских городах имелись христианские общины. Однако и тогда ни один китаец не сделался священником.

Япония выглядела так, как будто стала полем победы миссионеров, как в свое время произошло на Филиппинах. «В течение десяти лет, — жизнеутверждающе писал оттуда миссионер в 1577 году, — вся Япония станет христианской, если у нас будет достаточно миссионеров». В 1579 году иезуитские миссионеры смогли обосноваться в городе Нагасаки, который стал родным домом для обращенных в христианство, и заявляли, что уже 100 000 японцев обращено в христианство. В 1587 году они утверждали, что в Японии уже 200 000 христиан с 240 церквами, два иезуитских колледжа и школа для молодых дворян.

Хотя японцы рассматривали европейцев как «варваров, пришедших с юга», они интересовались техническими достижениями Европы, европейцы торговали с Японией, базируясь на Макао, чем пользовались иезуитские миссионеры.

Тем не менее быстрая экспансия христианской веры в Японии резко сдерживалась. В отличие от вождей американских индейцев правители Японии вовсе не бездействовали, поддерживаемые буддистскими и синтоистскими священнослужителями, готовыми поощрять сопротивление. Между 1580 и 1614 годами три военачальника установили результативную центральную власть в Японии. (Полководцы Ода Нобунага (1534–1582) и Тоётоми Хидэёси (1536–1598) заложили основы централизованной феодальной власти сёгуната Токугава (1603–1878). Первый сёгун из клана Токугава перебил тысячи своих противников, а в 1630-х годах выдворил из страны христианских миссионеров. — Ред.)

В течение некоторого времени новое центральное правительство воспринимало христиан как полезных помощников в противостоянии претензий буддистских священников. Затем местные принявшие христианство даймё (крупные феодалы, владетельные князья) остались единственным сохранившимся препятствием абсолютному правительству. Португальская торговля с Японией, базировавшаяся на Макао, которая делала иезуитов настолько полезными нехристианским правителям, испытала резкий удар, когда в Японию начали прибывать голландские корабли. И еще больший шок, когда испанцы, находившиеся на Филиппинах, заявили о своих правах согласно старому папскому делению мира, а затем высадили в Японии францисканских миссионеров.