В книге Зерубавеля Неемия бен Хушиэль прямо отождествляется с Машиахом бен Йосефом: «Он [Армилус] победит их и убьет Мессию из колена Иосифа, Неемию бен Хушиэля, и шестнадцать праведников с ним».[678]

Хотелось бы сказать несколько слов о значении вышеупомянутых фигур в еврейской религиозной и легендарной традиции. Вопрос происхождения образа Машиаха бен Йосефа[679] до сих пор остается предметом научных дискуссий; первые однозначные упоминания о нем появляются в источниках только в талмудическую эпоху. Они преимущественно связаны с различными комментариями к книге Захарии. Одно из них содержится в Вавилонском Талмуде (Сукка 52а), где говорится об оплакивании «того, которого пронзили» (Зах 12, 10–14). Раввины обсуждают вопрос о том, кто же является предметом оплакивания, и рабби Доса предполагает, что это оплакивание Машиаха бен Йосефа. В этом же трактате упоминается другой пассаж из книги Захарии – «Потом показал мне Господь четырех рабочих» (Зах 1, 20). Рабби Хана бар Бизна говорит, что это Машиах бен Давид, Машиах бен Йосеф, Илия и Праведный священник (Сукка 52b). В нескольких более поздних еврейских источниках мы встречаем похожее толкование этого пассажа с перечислением аналогичных, хотя несколько отличных фигур: Илия, Царь-Мессия, Мелхиседек и Помазанник войны[680]. Очевидно, что Праведный священник в данном случае отождествляется с Мелхиседеком, а Помазанник войны – с Машиахом бен Йосефом. Само по себе наименование המחלמ חושמ «помазанник войны» в Талмуде имеет характер не личного имени, а обозначения должности – так называется священник, который согласно книге Второзакония (Втор 2, 2) выступает перед собранным для войны народом, разъясняя ему связанные с ней законы (Сота 43а). Таким образом, Машиаху бен Йосефу и его миссии в данном случае снова приписывается преимущественно воинский характер. Позднее традиция, связанная с Машиахом бен Йосефом, разрастается – он упоминается во многих таргумах и в многочисленных средневековых мидрашах. Одним из наиболее ранних упоминаний, по всей видимости, является рассказ Иерусалимского Таргума к книге Захарии[681]:

И я изолью на Дом Давида и на жителей Иерусалима дух пророчества и истинной молитвы. И после этого Мессия, сын Ефрема, выйдет сражаться с Гогом, и Гог убьет его перед воротами Иерусалима. И они воззрят на Меня и будут спрашивать Меня, почему народы пронзили Мессию сына Ефрема. И они будут плакать о нем, как отец и мать плачут о единственном сыне, будут скорбеть как скорбят о первенце.

В более поздних еврейских источниках вырисовывается четкий эсхатологический сюжет: Машиах бен Йосеф предстает как воитель, который поразит множество врагов, но погибнет в войне Гога и Магога, завершить которую сможет только Машиах бен Давид.