Список царей, приведенный во второй книге «Истории» Геродота, выглядит очень странным. Подобно древнеегипетским перечням, первым в нем стоит им Менеса, а за ним упоминаются 330 правителей, к числу которых относится также царица по имени Нитокрис. Она была отождествлена современными исследователями с Нейтакерт и, возможно, правила в конце VI династии.

Мериса, следующего в перечне за Менесом, можно отождествить со строителем Лабиринта Аменемхетом III, чье первое имя Ни-маат-ка-Ра различные авторы передавали как Амерес, Ламерес или Имандес.

Очевидно, греческий писатель решил, что фараоны, правившие между Мерисом и Сесострисом, недостойны упоминания. Манефон правильно связал имя Сесострис с египетским именем Сенусерт, которое носили четыре представителя XII династии. Их образы слились в один, а сами завоевания этого легендарного правителя очень напоминают приписанные Рамсесу II стариком из Фив. Имя Сесоосис, встречающееся в сочинении Диодора, очевидно, не является ошибочным прочтением имени Сесострис, а произошло от древнеегипетского эпитета Сесесу, несколько фамильярного, но вежливого обращения, иногда использовавшегося современниками Рамсеса II. Вокруг этого факта сложилось множество совершенно невероятных рассказов.

Нам не стоит даже пытаться отождествлять преемников Сесостриса: Ферона, Протея и Рампсинита – с историческими фараонами. Имя Ферон может быть созвучно слову «фараон», а Протей – термину «парути», появившемуся в эпоху Нового царства и использовавшемуся для обозначения двух дверей храма или дворца. Имя Рампсинит созвучно словосочетанию Рамсес-са-Нейт, «Рамсес, сын Нейт». В своих серехах или в одном из картушей цари нередко провозглашали себя сыновьями того или иного божества. Правители из Бубастиса почти всегда провозглашали себя сыновьями Бастет, один из Осорконов называл себя сыном Исиды. В зависимости от конкретной местности Рамсес считался сыном Сета, Хора или Птаха. Саисские цари, в частности Яхмес, нередко называли себя сыновьями Нейт, но в нашем распоряжении нет данных, свидетельствующих о том, что таким же образом поступил какой-либо из Рамсесов. Однако всегда существует возможность того, что будет обнаружен письменный источник, подтверждающий, что один из Рамсесов называл себя сыном Нейт.

Непонятно, почему Геродот поместил имена Хеопса, Хефрена и Микерина после царей, правивших позднее. Греческий историк, сохраняя верность себе, рассказывает о них занимательные истории, несомненно не имеющие ничего общего с историческими фактами. Масперо, вероятно, был прав, когда утверждал, что в историях, рассказанных Геродотом, отразились сплетни, циркулировавшие на улицах Мемфиса, среди членов греческой общины или самих египтян. Историческая традиция, в соответствии с которой два царя, построившие пирамиды Гизы, были жестокими деспотами, возможно, возникла еще в глубокой древности. В сочинении Геродота за именами трех известных нам правителей следуют малопонятные Асихис, Анисис и Сетос. Таким образом, мы приходим к выводу о том, что Геродот имел весьма расплывчатые представления об истории Египта до Псаммети-ха, да и вряд ли античные авторы, жившие позднее, хотя и могли использовать в своих трудах работу Манефона, обладали более обширными сведениями на этот счет. Усимара отделяет от Озимандия Диодора настоящая пропасть. Однако скучному и точному перечню фараонов, в котором на самом деле мы не нуждаемся, я готов предпочесть другие сведения, содержащиеся в произведениях античных авторов.