В целом античные писатели знали о религиозных празднествах и предсказаниях гораздо больше, чем о царях. Но наиболее яркое впечатление на них произвела глубокая древность самой древнеегипетской религии. Они осознали, что в Египте задолго до Троянской войны стояли храмы, где служили жрецы, и полагали, будто по этой причине данную страну следует называть матерью богов. Египтяне были первыми, кто начал проводить масштабные всенародные празднества, и греки позаимствовали у них некоторые обычаи. Хотя греки, впечатленные глубокой, по их мнению, древностью египетской религии, называли Осириса, Исиду и Не-фтиду (а также иногда Мина, Хора, Сета, Амона и Птаха) их местными именами, они предпочитали давать египетским богам имена греческих, причем не случайным образом, а проведя определенную логическую параллель. Правда, не всегда понятно, на чем она была основана. Царь богов Амон более или менее соответствовал Зевсу, а Хатхор, одна из покровительниц удовольствия, – Афродите. Однако греки не могли не знать о том, что порой Хатхор изображалась в облике коровы, женщины с коровьей головой или с рогами на голове. При этом у Хора, мстившего за отца, было очень мало общего с Аполлоном. Другие отождествления вызывают еще больше вопросов. Кому соответствовал Геракл – Хонсу или Херишефу? Для некоторых итифаллический бог Мин был эквивалентом Пана, для других – Персея. С другой стороны, Пана сравнивали с божественным покровителем Мендеса, считавшимся большим любителем женщин.

Из всех античных авторов больше всего о богах знал Плутарх. Он написал связный пересказ легенды об Осирисе, который египтологи считают очень ценным источником. В чем-то его версия мифа отличается от той, которую можно восстановить по Текстам пирамид, Текстам саркофагов и различным гимнам. Данное расхождение можно объяснить тем, что египетские тексты основаны на версии мифа, сложившейся в Абидосе, в то время как источник Плутарха находился в расположенном в центральной части Дельты Бусирисе, где культ Осириса появился еще до того, как распространиться по всему остальному Египту.

Греки и римляне, жившие задолго до Ювенала, до глубины души шокированного тем, что египтяне поклоняются священным животным, изумлялись, когда видели этих зверей. Автор «Сатир», не очень хорошо относившийся к Египту, ибо, вероятно, жил там в ссылке, считал то, что египтяне поклоняются животным, глупым, однако его предшественники говорили о богах в зверином облике с пониманием. Не следует забывать, что именно сведения о некрополе быков Аписов, содержащиеся в труде Страбона, помогли Мариэтту обнаружить Серапеум. Находка в ходе археологических раскопок огромной гробницы, заваленной телами мумифицированных ибисов, подтверждает содержащиеся в сочинении Геродота сведения о том, что этих птиц хоронили в городе Гермеса. Античных авторов очень интересовали причины, по которым египтяне стали поклоняться животным. Некоторые считали, будто зверей стали обожествлять потому, что те вызывали страх (однако это объяснение справедливо лишь в некоторых случаях). Другие предполагали, что одно конкретное божество стало отождествляться с определенным видом животных. Однако такое объяснение скорее осложняло проблему, чем помогало решить ее. Ближе всего к истине оказались Диодор и Плутарх. По мнению первого из них, военные вожди прикрепляли к своим копьям изображения священных животных, чтобы каждый видел, к какой общине он принадлежит. Плутарх полагал, что Осирис решил наделить каждое подразделение своей многочисленной армии отличительным знаком, представлявшим собой изображение какого-либо животного. Таким образом, звери постепенно стали объектами поклонения и начали считаться священными. Благодаря находке многочисленных сосудов и палеток, относящихся ко времени до воцарения Менеса, мы знаем, что у каждой родовой общины была собственная эмблема, помещавшаяся на высоком шесте, и что в историческую эпоху эти символы обозначали территорию определенного бога, а во многих случаях играли обе эти роли.