– Мелкая знать до последнего держится за свои побрякушки, – снисходительно улыбнулся Раскон. – Что там было, серебрянный медальон с ликом Тогвия и дарственной надписью?

– Если бы, – поморщился северянин, машинально потянувшись к висящей на шее цепочке, одернул руку и повторил. – Если бы.

Дальнейшая история изобиловала всеми теми подробностями, которые так любят слушатели. Голод, боль, превозмогание, многочисленные драки за место под солнцем и попытки вырваться из цепких объятий нищеты. Не снискав славы на поприще простого работяги, Раготар с готовностью окунулся в темное болото преступности. Начав с мелкого карманного воровства, традиционно дорос до домашних краж, а затем и грабежей – благо телесной силой Тогвий его не обделил. Попался, конечно, после чего умудрился подкупить стражника и сбежать из под конвоя на юг, в Доминион, а после и в Троеречье. Там он осел окончательно и даже смог сколотить небольшой капитал, поучаствовав в паре экспедиций к Предверью.

Публика, слушая историю, кивала одобрительно. Беглецов среди лесовиков хватало. Задевала такая история струнки в душе любого работяги, если душа у него вообще имелась. Благо, Раготар на подробности не скупился, да и знал из присутствующих, как оказалось, многих.

К предпоследнему дню торговец предложил перенести гуляние к себе домой. Носки у него к тому времени давно закончились, бояться кражи было нечего, да и новые друзья с готовностью согласились – еще днем кабацкие служки демонстративно прокатили к жилищу Раготара батарею бочонков, сопровождаемые любопытствующими взглядами лесовиков.

Уже под утро, когда на ногах остались лишь самые крепкие, основательно набравшийся северянин громко рыгнул, икнул, после чего по большому секрету открыл присутствующим свою сокровенную тайну. Что, как оказалось, никакой он не безотцовщина, а в Шаларис-Чебо прибыл не просто торговать носками, а с умыслом. Дальше речь его стала булькающей и невнятной, но основную мысль полуночные гуляки уяснили – завтра, на рассвете, у дома главы поселка их ожидает незабываемое зрелище…

– Постой, постой, – перебил его Раскон. – То есть ты, получается…

– Нет! – неожиданно рявкнул Сонатар, – Я знать не знаю этого ублюдка.

– Гхм.

Брак, успевший выцарапать на столешнице пару кривоватых носков, от крика очнулся и торопливо прикрыл свои художества салфеткой.

Утром с площади шла огромная толпа. Собиралась она там с самого рассвета, самые стойкие так и вообще спали на земле, завернувшись в шерстяные плащи, лишь бы не пропустить намечающееся зрелище. Немудреная история разошлась по поселку со скоростью лесного пожара и ударила по мозгам сильнее самогона кочевников. Как же, такая драма, такие страсти. Свести воедино немудреный план торговца смогли многие, тугодумам разъяснили, спящих разбудили, и даже глухим терпеливо показали на пальцах. Когда еще увидишь такое воссоединение семьи своими глазами.