– Сейчас начнется. – слуга ловко поймал брошенную ему чешуйку, быстро поклонился и скрылся за дверью.

– Этот ящичек я, пожалуй, заберу, – заметил Кандар, пересыпая струйки серебра между пальцев. – Мы заберем. Здесь на синьку, не меньше.

– Если новый владелец дома позволит, – поднялся с кресла Брак. Пошевелил мыском протеза, оперся на трость и потопал к двери. – Идем. Иначе все самое скучное пропустим.

Никакого практического смысла в предстоящем действе не было. Поставить оттиск пальца на документе о признании Раготара своим сыном и законным наследником, даровав ему право носить имя рода Чебонов, а окружающим – обращаться к новому члену дружной семьи с благородной приставкой “Сар”, Сонатар вполне мог не покидая подвала, со связанными руками. Благо, все необходимое давно было собрано, заполнено, заверено печатниками и распирало бока пухлой кожаной папки на столе. Участвовавшим в вероломном нападении горжеводам тоже было плевать на церемонии, но помимо них за столом в обеденной были и другие – гильдейский печатник, кабатчик, тогвианский священник… На сей раз настоящий и до сих пор не затыкающийся о чуде. Людей хватало, поэтому Раскон решил сделать все красиво.

Сонатар сидел с потухшим, безразличным взглядом, и раз за разом прикладывал палец к заботливо подсовываемым печатником металлическим пластинам, не произнося ни слова и не делая попыток увильнуть. Северянин даже изредка улыбался шуткам своего нового сына, улыбался кривой, безжизненной улыбкой, помня о сидящих в подвале жене и дочерях. И о Везиме, который, прихватив с собой бочонок дешевого пива и палку колбасы, вызвался их охранять. А то мало ли, слишком много в доме подвыпивших мужиков, давно не знавших женской ласки… Да и у заключенных внизу стражников могут возникнуть всякие глупые мысли.

Рыжий северянин сжимал зубы, втягивал крупными ноздрями дыхание Тогвия из крохотной колбы с эйром и шлепал пальцем. И пил. А когда пластинки наконец закончились – угрюмо попрощался, пожелал всем хорошего вечера и ушел в подвал, сопровождаемый двумя громилами с “Архуласа”.

– Как думаешь, что с ним будет? – шепотом спросил Кандар, провожая взглядом широкую спину бывшего хозяина поместья.

– За зиму многое может случиться, – так же тихо ответил Брак. – А весной приплывут новые люди, которым плевать будет на то, кто именно дерет с них налоги и раздает ленты.

О судьбе семьи калеке думать не хотелось. Оставалось надеяться на то, что новый хозяин Шалариса будет достаточно благоразумен. И милосерден. И что рядом с ним не будет кого-то вроде безотказного Везима, или практичного Раскона. Что пленники не попробуют сбежать, а их никто не будет пытаться освободить…