Больше ни одной важной детали он не вспомнил.

Просушив руки, Ариман вернулся в спальню. Там он поставил на стол фигурки маршала Диллона и задиры-бандита друг против друга, как на дуэли.

— Бах, бах, бах! — сказал он и щелкнул пальцем по убитому маршалу с такой силой, что фигурка врезалась в стену и отлетела от нее на добрых двадцать футов.

Он чувствовал себя лучше.

Подали обед.

Жизнь была хороша.

Как и смерть, когда вы к ней причастны.

* * *

Из высокогорной пустыни на пустынную возвышенность. Перепад высот между Санта-Фе и Альбукерке составлял более двух тысяч футов на протяжении шестидесяти миль. Дасти преодолел это расстояние за девяносто минут. Вместе с высотой сила бурана уменьшилась, но снег внизу шел так же обильно.

Они нашли подходящий мотель и зарегистрировались, расплатившись наличными, так как опасались, что утром кто-нибудь попытается разыскать их по кредитным карточкам.

Положив вещи в комнату, они отогнали «БМВ» в переулок на расстоянии около мили от мотеля. Там он, скорее всего, не привлечет к себе особого внимания и может простоять несколько дней. Дасти хотел сделать это один и предложил Марти подождать его в номере. Но она отказалась расстаться с ним.

Второй тряпкой из багажника Марти протерла руль, приборную панель, ручки двери и другие поверхности, к которым они могли прикасаться.

Дасти не оставил ключей в автомобиле. В него могли забраться подростки, желающие покататься и во что-нибудь врезаться. В таком случае полицейские сразу же найдут по номерам владельцев машины, свяжутся с ними, и институт немедленно переместит свои поиски в Альбукерке. Он запер автомобиль и опустил ключи в решетку ближайшего уличного водостока.

Они шли назад в мотель сквозь густой снегопад, взявшись за руки. Ночь была холодной, но не такой морозной, и ветра, который так бурно разыгрался на высокогорье, здесь не было.

В любую ночь, предшествующую этой, прогулка оказалась бы приятной, даже романтичной. Но теперь в восприятии Дасти снег связывался со смертью, и он подозревал, что эти два понятия будут пребывать в его сознании связанными одно с другим всю оставшуюся жизнь, а потому ему лучше будет проводить зимние месяцы на благоухающих берегах Калифорнии.

В ночном магазине они купили белый хлеб, пакет сыра, баночку горчицы, кукурузные чипсы и пиво.

Пробираясь между полками с продуктами, которые нужно было выбрать — это занятие прежде всегда сильно раздражало его, — Дасти был настолько исполнен эмоций, настолько благодарен судьбе за то, что остался жив, настолько рад, что Марти находится рядом с ним, что ноги у него подкосились и он чуть не опустился на колени. Ему пришлось опереться на полку и притвориться, что он читает наклейки на консервных банках.