Через две минуты бедный офицер Ричардс лежал за колонной со связанными руками и ногами и заткнутым ртом, на что ушло три галстука.

— «Хвоста» нет, — сказал Алекс, выглядывая из-за колонны. — Они все рванули за нашим живцом, который, наверное, где-то уже на полпути в Малайзию.

— Кто была она… то есть он?.. Я имею в виду, что он определенно не был женщиной.

— Я не хотел бы заниматься дискриминацией по половому признаку, но женщина, скорее всего, провалила бы это дело. Ему же удалось увести преследователей за собой. Он перепрыгнул через ограждение эскалатора и пробился наверх… Пошли же! За нами никто не следит.

— Но кто же он все-таки? — не отставал Панов, пока они, выйдя из-за колонны, двигались к эскалатору, у которого еще толпилась небольшая группа пассажиров.

— Мы иногда использовали его здесь, в основном для наблюдения за отдаленными пограничными постами, о которых он кое-что знает, поскольку ему довольно часто приходится пробираться со своим товаром через границу.

— Наркотики?

— Он не притронется к ним: это жокей высшего класса. Он перевозит краденое золото и драгоценности. Рынками сбыта для него служат Гонконг, Макао и Сингапур. Я думаю, нынешний род его занятий связан с тем, что случилось с ним несколько лет назад. Из-за непристойного поведения его лишили наград и кое-чего еще. Испытывая нужду в деньгах во время учебы в колледже, он позировал для похабных фотографий. Но из-за одного грязного издателя с этикой бродячего кота все выплыло наружу, и жизнь его была исковеркана.

— В общем, они выпускали что-то вроде того журнала, который я только что держал в руках! — воскликнул Мо, когда они взошли на лестницу эскалатора.

— Да, по-видимому.

— А что это за награды?

— Медали Олимпиады тысяча девятьсот семьдесят шестого года. Он занимался легкой атлетикой — бегом с барьерами.

Панов глядел молча на Александра Конклина, пока они поднимались к выходу из вокзала. На соседнем эскалаторе, ведущем вниз, на платформу, появилась группа уборщиков с широкими метлами. Алекс кивком указал на них и, подняв большой палец, махнул рукой в направлении выхода из вокзала. Он имел в виду, что через несколько секунд связанного агента ЦРУ найдут за колонной.

— Это, должно быть, тот, кого они называют майором, — сказала Мари, сидя в кресле напротив Конклина. Стоя рядом с ней на коленях, Моррис Панов осматривал ее ногу. Но, видно, причинил ей боль, судя по тому, что она, резко дернувшись, вскрикнула громко:

— Ой!

Затем, устыдившись своей слабости, она произнесла:

— Прошу прощения, Мо!

— Ничего, — пробормотал доктор. — У тебя ужасный синяк над второй и третьей плюснами. Ты, должно быть, здорово ударилась.