— Да не будут они по людям стрелять! — истошно орал мужской голос.

— Так иди первым, чего орешь? — предложили ему.

Штурм захлебнулся, так как среди горячих голов не нашлось одного, особо буйного и глупого. К этому времени по приказу заместителя Тумасяна в толпу ворвались офицеры охраны, вооруженные электрошокерами. Сзади их прикрывали солдаты, сдав боевые патроны, зато ловко орудуя прикладами и кулаками. Вклинившись в толпу бунтовщиков, охранникам удалось рассечь ее на несколько частей, оттеснить от проволоки и уложить на землю особо рьяных.

Однако выкрики в эфире продолжались. Мамаши в детском ангаре, не получавшие никаких ответов снаружи, все больше входили в раж, грозя, как в кино, начать убивать заложников по одному, если им не предоставят автобус. Что делать, никто не знал. Наталья, понимая, что у данной ситуации нет мирного решения, снова натянула «Кварц» и направилась к выходу. Тумасяну доложили, когда она уже покинула административный ангар.

— Евдокимова, ответьте Тумасяну.

— Слушаю, Левон Рубенович.

— Куда вы?

— Мамаш усмирять. Они же обезумели там от страха. Одни инстинкты.

— И что вы сделаете?

— Поговорю с ними по-женски.

— Так вас не впустят же!

— Я вежливо, не волнуйтесь. Конец связи.

Наталья отпустила тангенту, а Тумасян в эфире продолжил попытки призвать мамаш к здравомыслию. Но выходило как-то не очень. Наконец в эфире воцарилась тишина.

«Костюм надевает», — подумала Наталья.

Но для нее это уже не имело значения. Подняв бедж и непрерывно называя свои должность и имя, Наталья прошла через кольцо солдат и, распахнув шлюзовую дверь, оказалась в ангаре.

Мамаши ее заметили у входа.

— Стой! Не шевелись! — выкрикнула одна, размахивая вилкой, не убранной посудомойщиками после ужина. — На колени!

— Хорошо, хорошо, не волнуйтесь! — Евдокимова подняла руки.

Она понимала, что «Кварц» на большой скорости не только будет мешать, но может и порваться. Но выхода не было, ситуация требовала пойти на отчаянный риск. Наталья резко наклонилась вперед и рванула к женщине, почти с низкого старта. Воздух сделался упругим, как вода, но и мышцы в экстремальном режиме под управлением АКСОНа приобрели силу гидравлических домкратов и скорость приличного микропроцессора. Костюм из плотной синтетики облепил ее тело и, собравшись сзади, натянулся. Мир вокруг словно замер, но Наталья понимала, что это изменилось ее личное восприятие времени. В обычном состоянии человек способен воспринимать примерно двадцать пять изменений состояния окружающей реальности в секунду. Все, что происходит быстрее, кажется происходящим одновременно. Но это только кажется. К примеру, собака способна воспринимать мир со скоростью шестьдесят состояний в секунду, поэтому ловит фрисби или мячик намного точнее, чем человек. С ее точки зрения, летящие предметы движутся медленнее. Но Наталья в экстремальном режиме воспринимала происходящее намного быстрее, близко к дискретности современных высокоскоростных камер, позволяющих снимать полет пули или снаряда. С ее точки зрения, люди замерли, как статуи.