У Саяры накопились силы для следующей волны огня. Сдвинув брови, она отвела руки назад и теперь уже медленно, словно выдавливая из пространства смертоносную энергию, вытянула их перед собой. Зелёное ревущее пламя помчалось по полю боя, сжирая раненых чудовищ. Белёсый туман поднимался к вершине купола и скапливался там, образуя что-то вроде облаков. Огненная волна доставала и тех тварей, что пытались пробиться сквозь барьер, но пламя обошло Викинга и пантеру, не причинив им вреда.

Огонь окутал Надзирателя, однако и на этот раз архонт сумел отринуть от себя пламя, отделавшись опалённой плотью. Но Агата слышала его полный ужаса вопль. Чёрный король, сейчас не раздумывая отдал бы вторую руку, лишь бы сбежать. Он всё отдал бы. Она явственно чувствовала его отчаяние.

Добив подыхающего «богомола», Викинг заметил пса. Тот лежал, прикрыв морду лапами и дрожа всем телом. Шкура чудовища сгорела, осталась лишь состоящая из чёрных лоснящихся жгутов голая плоть, из которой обильно сочилась белёсая субстанция. Надзиратель теперь бил хлыстом как-то бесцельно, словно утратив силы, и Викинг, уже не думая об осторожности, подошёл к псу. Блеснуло лезвие секиры – чудовище успело взвизгнуть, прежде чем его голова отделилась от тела.

Второго пса прикончила пантера – растерзала горло в считанные секунды. Монстр даже не пытался сопротивляться, смирившись с неизбежным.

На поле боя осталось несколько десятков чудовищ, однако они были слишком изранены, чтобы вступать в схватку. Твари выли, скулили, стонали, некоторые ползли к стенкам купола. Листья Саяры настигали их, обрывая невыносимые мучения.

А затем якутка переключила внимание на архонта. Она пошла вперёд, метая в него листья. Поначалу снаряды отскакивали от Надзирателя, не причиняя ему вреда, но потом несколько листьев всё же вонзилось в плечо, в грудь, в живот. Он хрипел измождённо и с трудом поднимал хлыст для очередного слабого удара. Агата, Викинг и пантера тоже направились к нему. Всё больше и больше листьев вонзалось в его тело, из ран плотными струями вырывался бледный пар.

Агата чувствовала страх архонта – глубокий, безграничный, как чёрное пространство за пределами купола. Именно такой страх разрывает сердца людей и покрывает волосы сединой. Надзирателя ужасало то, что ждёт его в том аду, из которого он когда-то сбежал. Архонты высшего порядка придумают ему такое наказание, что все миры содрогнутся. Недолго он наслаждался свободой – всего лишь успел сделать её маленький глоток. И за этот глоточек расплатится вечностью невообразимых мучений. Чёрное солнце ждёт его. Двери тюрьмы распахнуты.