Возможно, чета бенгальцев и подумывала о том, чтобы посоветоваться с доктором или миссионером; по крайней мере, мистеру и миссис Дас следовало бы обсудить вопрос о предполагаемом замужестве с Дипой, но жена карлика была еще больна. Что, если Дипа задумала сделать из Мадху в будущем «женщину-змею»? Однако жена карлика все еще не выходила из своей палатки. К тому же инспектор манежа затаил злобу на Вайнода. Мистер Дас завидовал владельцу таксомоторной компании, поскольку, бросив цирк, карлик без зазрения совести похвалялся своим бизнесом. А жена инспектора манежа полагала, что жена карлика ей не чета, – советоваться с Дипой было ниже ее достоинства, даже если бы та была здорова. Кроме того, миссис Дас быстро убедила мужа в том, что предложение о замужестве Мадху – это хорошая сделка. (Для них так оно и было.)

Если Мадху не откликнется на сделанное ей предложение, они оставят глупое дитя в цирке, но если эта бесполезная девочка сообразит, какое завидное будущее ее ожидает, то инспектор манежа и его жена отпустят ее, дав свое благословение. Что же касается ее брата-калеки, то оказалось, что джентльмен из Бомбея ничего не знал о нем. Мистер и миссис Дас чувствовали определенную ответственность за то, что колченогий мальчик останется один; но они были предусмотрительны, пообещав доктору Дарувалле и Мартину Миллсу, что предоставят Ганешу все возможности реализовать себя. Инспектор манежа и его жена не видели причины говорить с Дипой о Ганеше, поскольку калека не имел к ней никакого отношения, – Дипа заявляла лишь о девочке для номера «Женщина-змея». И что, если у жены карлика какая-нибудь заразная болезнь?

Телефонный звонок доктору или миссионеру был бы лишь похвальной любезностью, но не более. Однако в цирке не было телефонов, – чтобы позвонить, требовалось сходить либо на почту, либо на телеграф. Мадху удивила инспектора манежа и его жену тем, что немедленно и без колебаний приняла предложение о браке. Ей не показалось, что этот джентльмен слишком стар для нее, чего опасался мистер Дас. Не оттолкнула Мадху и внешность этого джентльмена, что в первую очередь волновало миссис Дас. Жена инспектора манежа была шокирована бесформенным шрамом джентльмена, похожим, как ей показалось, на какой-то ожог, однако Мадху не обратила на шрам никакого внимания, а может, она и не считала это каким-то ужасным недостатком.

Видимо заранее чувствуя неодобрение со стороны доктора Даруваллы, инспектор манежа поступил мудро, отправив телеграмму Мартину Миллсу; миссионер показался мистеру и миссис Дас более открытым, чем доктор, то есть, по их мнению, более покладистым. Более того, им показалось, что иезуита не слишком волнует будущее Мадху, тогда как озабоченность доктора была очевидна. А поскольку в связи с юбилеем Святого Игнатия все служебные помещения колледжа были закрыты, то только во вторник Мартину передадут эту телеграмму. К этому моменту мистер Гарг уже вернется с молодой женой в «Мокрое кабаре».