– Похоже на Шварца.

– И я хожу в группу поддержки, – добавлял Мак. – Группы поддержки занимаются всем тем, что способствует выживанию в долгосрочной перспективе.

– В самом деле, – говорил Фаррух.

– В самом деле, – повторял Макфарлейн. – И конечно же, тут важно то, что они называют ответственностью за твою болезнь, – не быть пассивным и не обязательно принимать все, что предлагает тебе твой врач.

– Бедный Шварц, – отвечал доктор Дарувалла. – Я рад, что я не твой врач.

– Я тоже, – говорил Мак.

Это была их двухминутная разминка; обычно они укладывались с этой темой в данный промежуток времени – по крайней мере, пытались уложиться. К ланчу они предпочитали говорить уже о чем-то другом – например, о внезапном желании доктора Даруваллы отправиться с доктором Макфарлейном в Маленькую Индию.

Именно в мае расистские ублюдки силком отвезли Фарруха в Маленькую Индию; и тоже была пятница, когда в Маленькой Индии почти все закрыто. Или же были закрыты только мясные магазины? Потому ли, спрашивал себя доктор Дарувалла, что местные мусульмане добросовестно посещали пятничные службы? Этого он не знал. Фаррух знал лишь, что хочет, чтобы Макфарлейн увидел Маленькую Индию, и у него вдруг возникло желание, чтобы все приметы этих двух поездок совпали – такая же погода, те же магазины, те же манекены (если не те же самые сари).

Несомненно, доктора Даруваллу побудило к этой поездке что-то, о чем он прочел в газетах, скорее всего – о «Фронте „Наследие“»[119]. Его очень расстроило прочитанное об этом Фронте – о том неонацистском быдле, об отморозках среди белых. Поскольку в Канаде действовали законы против расовой ненависти, доктор Дарувалла задавался вопросом, почему таким группировкам, как Фронт национального наследия, разрешается ее разжигать.

Макфарлейн без труда нашел место для парковки автомобиля. Как и раньше, Маленькая Индия была почти безлюдна и в этом смысле ничуть не походила на настоящую Индию. Фаррух остановился на перекрестке Джеррард-стрит и Коксуэлл-авеню у магазина с баклажанами «Ахмад». Он указал по диагонали через улицу на наглухо закрытые помещения Канадской иммиграционной службы, – казалось, они закрыты навсегда, а не только из-за пятницы.

– Здесь меня вытащили из машины, – пояснил доктор Дарувалла. Они продолжали идти по Джеррард-стрит. «Вышивки Пинди» исчезли, но на тротуаре стояла вешалка с неподвижными восточными халатами. – В тот день, когда я был здесь, ветер был посильнее, – сказал Маку Фаррух. – Халаты развевались на ветру.

«Нирма Моды» на углу Родос– и Джеррард-стрит все еще была в деле. Друзья отметили «Ферму Сингх», рекламирующую свежие фрукты и овощи. Они осмотрели фасад Объединенной церкви, которая также служила индуистским храмом Шри Рама; преподобный Лоуренс Пуши, его священник, выбрал интересную тему для предстоящего воскресного богослужения. Цитата из Ганди предупреждала общину: «Хватит на всех, кто беден, но не на всех, кто жаден».