– За мной, – приказал он, и, опираясь на руки, прополз через лаз.

Я покосился на Андреа. Она уставилась в квадратный провал, где только что исчезли ноги Коротышки. Страшила ткнул в меня кончиком пальца.

– Полезайте. – Он говорил тем же шелестящим голосом, который я слышал во время стычки у Заливной ямы. Попробуй разбери этих психов – кто из них кто?

Андреа, опередив меня, встала на четвереньки и протиснулась внутрь. Я последовал за ней. Когда подруга пересекла порог, впереди показался слабый свет. Я попал в тесное цилиндрическое помещение, отделанное, как и стены снаружи, – грубо отесанные каменные блоки, выложенные в хаотичном порядке и скрепленные известковым раствором. Изнутри труба также сужалась кверху. На ржавых гвоздях подобно рождественской гирлянде висели несколько ламп дневного света; провода зигзагами вились по внутренней поверхности каменного цилиндра. Неестественное освещение раздражало глаза.

От небольшой площадки у двери уходила вниз металлическая винтовая лестница. Коротышка уже спустился на пару ступенек, и сейчас его глаза были примерно на уровне моих – я все еще опирался на колени. Андреа стояла ступенькой выше. Я присоединился к ней, радуясь, что снова могу подняться в полный рост. Пахло сырой гнилью, воздух был на удивление прохладным. Над головами гудели лампы – неприятный звук, впрочем, как и все остальное здесь. Страшила вошел последним и прикрыл за собой дверь. Я чувствовал себя так, будто меня заперли в склепе и завалили вход. Оставалось лишь надеяться, что это не так.

Громко топая, Коротышка начал спускаться. Мы последовали за ним.

Ступени лязгали; вся металлическая конструкция вздрагивала и громыхала. Эхо многократно повторяло стоны и завывания; звуки отражались от каменных стен, поднимаясь вверх по трубе и снова возвращаясь к нам. От беспрестанной зловещей какофонии мне стало дурно. Да еще и ступеньки пошатывались, вызывая головокружение.

Казалось, с каждым шагом вниз зловоние усиливается. Плесень. Разложение. Сырость. Мы спустились на двадцать ступенек. На сорок. Я не представлял, с какой целью много лет назад построили это сооружение, однако возможный источник запахов меня пугал. Лампы дневного света наверху почти не добивали до нас; воздух потемнел, но вскоре красноватое свечение разгорелось внизу. Магма, пришло мне на ум. Реки вулканической лавы, как в Роковой горе из «Властелина колец». Тем не менее температура воздуха резко падала, а не наоборот.

Мы достигли нижнего уровня.

Я услышал, как изменился звук шагов Коротышки – он преодолел металлические ступени и затопал по пыльному каменному полу. Мы с Андреа закончили спуск и вступили за ним в длинный узкий тоннель, со стенами из таких же каменных блоков, что и у колонны. С потолка свисали красные лампочки – единственный источник света, словно кто-то распылил в воздухе кровь. В конце коридора обнаружилась еще одна деревянная дверь, обитая железом.