Коротышка медленно простер руку в направлении банок, словно показывал новенький, с иголочки, автомобиль победителю какого-нибудь шоу.
– Вот они, – благоговейно произнес он. – Языки наших предков.
Глава 23
Глава 23
Грузовик несся сквозь ночь. Теплый воздух ерошил волосы. Я предугадывал повороты – тело само чувствовало их и группировалось заранее, хотя мне довелось проезжать этой дорогой всего раз в жизни. Воспоминания возвращались стремительно – в совершенно хаотичном порядке и отчасти маскируясь под интуицию.
Однако я вспомнил башню с зубчатой короной по периметру вершины. Вспомнил обитые железом двери. Вспомнил винтовую лестницу с ржавыми металлическими ступеньками. Хуже того, я вспомнил стеллажи вдоль стены с наполненными янтарной жидкостью банками, бережно хранящими свое драгоценное содержимое.
Языки.
Видение заставило меня содрогнуться. Тем не менее цель хранения языков по-прежнему оставалась неясной. Для чего они нужны были Коротышке? Что он говорил тогда по этому поводу? Здесь память меня подводила. Или пока еще не время? Возможно, воспоминания, готовясь вырваться наружу, терпеливо ожидали где-то по другую сторону завесы, куда мне не было хода.
Грузовик сбросил скорость и повернул на грунтовую дорогу, которая исчезала в густом лесу. Купол из ветвей и листвы выглядел как устье пещеры, окаймленное светом фар; сама пещера уводила во тьму, не сулившую ничего хорошего. Как ни странно, мне все казалось знакомым – вот это дерево и этот куст, груда валунов вдоль дороги, плавный поворот направо… Во время бесчисленных приездов домой после окончания школы я ни разу не посещал этот участок леса и вообще прилегающую территорию. Со времен моего детства лес должен был полностью измениться – что-то выросло заново, что-то, наоборот, засохло. И все-таки я знал, что вернулся именно туда, где мои кошмары достигли кульминации, впечатались в плоть существования.
И мне было страшно, как тому подростку из прошлого.
Грузовик остановился.
Нас окутало облако пыли. Подсвеченное огнями фар, оно клубилось подобно туману. Когда пыль улеглась, из кабины грузовика вышли двое мужчин, одетых все в ту же нелепейшую униформу – неужто у злодеев так принято? Завязанные на шее мешки из супермаркета, с разрезами у рта, чтобы дышать!
А ведь я через это уже прошел! Внутри проклюнулся росток мужества.
– Вы серьезно? – спросил я со всем презрением, какое только мог выразить словами. – По-прежнему носите на головах идиотские мешки? Прямо детский сад! Покажите лица, трусы!
Водитель грузовика взглянул на меня сквозь тонкий слой пластика. Наклонил голову в сторону. А ведь я часто видел этот жест…