– А я буду вспоминать тебя раз в день. Без труда.

– О-о. Как мило.

– Ага. Еще бы. Вот такой я правильный.

Она закатила глаза.

– Даю тебе полгода. Через полгода будешь сидеть на унитазе, читать телепрограмму и задумаешься… Как же звали ту девчонку? Аманда? Анжела? Антилопа?.. Ух ты, сегодня «Придурки из Хаззарда», повторный показ! Как бы не пропустить.

– Может, ты и права. Что тут скажешь?

Андреа поставила чашку и повернулась ко мне, внезапно так посерьезнев, что я не знал, как себя вести.

– Я никогда тебя не забуду, Дэвид, и всегда буду любить. Всегда.

– Аналогично. – Я слегка поперхнулся. – Всегда.

Она обняла меня. Я тоже обнял ее.

Наконец мы оторвались друг от друга. Андреа взяла чашку и отпила кофе.

– Если бы не Коротышка, мы наверняка бы когда-нибудь поженились.

– Ты серьезно?

Даже спустя годы меня по-прежнему удивлял этот разговор.

– Да. Только из-за него мы теперь навсегда останемся просто друзьями. То есть как бы между нами возникла связь, которая совсем не вяжется с образом влюбленных голубков и тому подобной белиберды. Мы просто друзья. Самые лучшие. Коротышка посеял мрак внутри нас, а это не тот фундамент, на котором строится вечная любовь.

– Уф. – Я понял, что полностью согласен с подругой, хотя сам нипочем не додумался бы до такой формулировки. – Значит, у нас есть еще одна причина ненавидеть этого сукина сына, как сказал бы Дед.

Подруге понравилось – она улыбнулась, широко и искренне.

– Кто знает. Возможно, когда мы одряхлеем, то в конце жизни попадем в один дом престарелых. И вот тогда я выйду за тебя.

– Ты будешь по-прежнему сексуальна. И я тоже. Представь себе: поцелуи взасос в инвалидных колясках! Мы с тобой станем самой сексуальной восьмидесятилетней парой в мире.