Затем он вдохнул, и голубоватый пластик плотно облепил лицо.

НЕТ! Иона бился и брыкался, хватая ртом воздух, но от этого пластик еще сильнее прилип к лицу. Легкие рвало и жгло. Он завертел головой, когда пакет затянулся на шее, закрыв всю голову, и звуки вдруг стали доноситься словно из-под воды. Откуда-то издалека послышался визг разматываемого скотча, после чего над ним снова склонился размытый силуэт Гевина.

И вдруг замер. Сквозь запотевший пластик Иона увидел, как Гевин повернулся к двери. Потом Иона почувствовал, как катер накренился набок, словно под дополнительным весом.

– Какого хрена?..

Отпустив Иону, Гевин встал. Прижав подбородок к груди, Иона отчаянно пытался растянуть обернутый вокруг шеи пакет. Стараясь высвободить рот, он услышал раздавшийся в коридоре крик:

– Кто тут, мать?..

Голос Гевина смолк. За стеной послышались громкие звуки возни, от тяжелых и гулких ударов катер закачался, о борта глухо заплескалась вода. Иона расслышал оханье, глухой стук и режущий ухо хруст.

Затем воцарилась тишина.

Плеск воды смолк, когда катер начал выравниваться. Иона лежал неподвижно, наклонив голову и напряженно прислушиваясь. Пакет самую малость поддался, но продолжал усиливать его хриплое дыхание, забивая все остальные звуки. Пластик то запотевал, то снова делался полупрозрачным и Иона скорее почувствовал, нежели увидел, как кто-то вошел в каюту. Ему показалось, что он заметил темное пальто, гораздо темнее, чем куртка, которую носил Гевин. Незнакомец передвигался по ковру почти бесшумно, но Иона уловил, как катер накренился и качнулся под весом его тела.

– В одной из кают двое детей, им нужна помощь, – прохрипел Иона. – Хотя бы убедитесь, что они живы. Пожалуйста!

Скрипнула половица, когда незнакомец приблизился и наклонился к Ионе. Сквозь запотевший пластик Иона разглядел высокую плотную фигуру. Раздались звуки, похожие на негромкое постукивание. Теперь Иона молчал, едва решаясь дышать.

Фигура бесшумно двинулась к двери. Иона напряженно прислушивался, стараясь что-то разобрать на фоне своего хриплого дыхания и колотящегося сердца. Незнакомец вышел в коридор, и Ионе вдруг отчаянно захотелось, чтобы он, кем бы он ни был, не заходил в каюту к близняшкам. Нечего тебе там делать. Просто уйди, прошу тебя.

Он не услышал звука открываемой двери каюты, как в тот раз, когда Гевин понес укладывать девчушку. Вместо него из коридора послышалось непонятное тихое шуршание и негромкий стук. Катер снова качнулся, на этот раз несильно, и Иона услышал, как кто-то поднимается по лестнице. Секундой позже его обдало волной холодного влажного воздуха, затем приглушенно щелкнула закрываемая дверь.