– Не сомневаюсь, – промурлыкала Ада.

– Я не только об этом, – уточнил Илья. – Секс с тобой великолепен, но я имел в виду не только его, а всё, что мы сделали.

Он застегнул брюки и удобнее устроился в водительском кресле. Очень довольный, абсолютно расслабленный.

– Действительно понравилось?

– Как ни странно. – Илья медленно провёл пальцами правой руки по рулю. Он не заметил или не захотел замечать, что в тоне, которым Ада задала вопрос, появился новый оттенок. – Мне понравилось убивать вместе, как оказалось, это обстоятельство до предела обостряет мои чувства к тебе. Делает их ярче, насыщеннее. И я очень жалею, что раньше не поговорил с тобой о том, что не смог забыть убийство старухи. Жалею, что хранил свою тайну от тебя.

– Мы все хранили одну и ту же тайну друг от друга, – прошептала Ада.

– С того самого дня.

– С того самого дня.

– Знаешь, тогда я очень сомневался… боялся… Не показывал виду, но очень боялся, и мне не стыдно в этом признаваться. Но я смотрел на тебя и наполнялся уверенностью. Я не мог не пойти с тобой… А когда мы это сделали, я испытал ни с чем не сравнимое наслаждение, меня переполняли эмоции, в которых, как ни странно, не было места страху.

Я хотел ими поделиться, но мы стали вести себя так, будто ничего не произошло.

– Мы договорились не обсуждать убийство ведьмы.

– Да, – согласился Илья. – Но наверное, зря. – Он улыбнулся, немного застенчиво. – Я создал себе жизнь, которой был вполне доволен, но голос внутри…

– Нашёптывал, что чего-то не хватает, – мягко продолжила его мысль Ада. И продолжила правильно.

– Чего-то такого, без чего я не живу. – Они говорили в унисон. – Зарабатываю деньги, завожу нужные знакомства, поднимаюсь по карьерной лестнице, но не живу.

– Отсутствует нечто очень важное.

– Без чего невозможно обойтись.

– Но что уже было в нашей жизни.

– Мы знаем, каково это, и чувствуем, что нам это нужно.

Взгляды встретились, и они замерли. Завороженные. Немного удивлённые тем, что по прошествии стольких лет ещё могут вот так замирать, глядя друг другу в глаза.

– Никто не понимает меня так, как ты, – прошептал Бархин.