Мне хотелось и заговорить с рыбаками, и спрятаться. Хотелось узнать, возьмут ли они пассажирку, и в то же время было боязно показываться незнакомцам. Ведь тогда я буду всецело в их власти. Да и как мне с ними путешествовать, даже если они согласятся? Я ведь буду единственной женщиной в толпе мужчин – без убежища, без защиты, без своего укромного уголка.

Мужчина в шляпе посмотрел наверх, и я тайком сбежала из своего убежища и спряталась в пещере.

Оттуда не было видно, что происходит на берегу. За все время жизни на острове я не видела других кораблей – флотилия Роберваля не в счет. И теперь думала о том, что, возможно, никогда уже не увижу гостей. А вдруг они уже уплыли? Эта догадка пугала, но не меньше ужасало и присутствие чужаков. А вдруг они разобьют на моем острове лагерь? Вдруг нападут?

Я посмотрела на образ Девы Марии. Та, как и всегда, глядела на меня с улыбкой.

– Слишком уж их много, – сказала я.

Их двенадцать, а я одна. У них два корабля, а у меня ни одного. Меня могут похитить, изнасиловать, убить и преспокойно уплыть. Никто ничего не узнает.

– Это слишком опасно, – продолжала я.

Мне на глаза попался черный медвежий коготь, и я взяла его с алтаря и положила на ладонь. Он походил на изогнутый кинжал, маленький и острый, словно игла. Заостренный кончик легонько царапнул кожу. Я тебя добыла, подумала я. Забрала у своего врага. Ты мой трофей. В той битве я победила. Так чего же мне бояться?

Я сжала коготь, вспоминая медведя. Он меня преследовал, но не из жестокости, какая порой встречается у мужчин. И не ради удовольствия, как опекун. Что привело ко мне зверя, если не голод? Почему он вступил со мной в схватку? Да потому что зима – это дуэль, битва против холода и нужды. Скоро улетят птицы, а море покроется льдом. Запасы пороха у меня почти иссякли. Я поклялась, что буду выживать любой ценой, но без пороха меня ждет верная смерть. Выйди на берег, сказала я себе. Давай. Или упустишь свой шанс.

Я спешно натянула чулки, надела и зашнуровала потрескавшиеся ботинки. Собрала волосы, пускай и небрежно, ведь у меня не было ни времени, ни помощников, как не нашлось и головного убора – пришлось повязать на голову кусок льна, как иногда делают пожилые женщины. Я так торопилась, что мало переживала о внешнем виде.

Я добралась до своего наблюдательного пункта и посмотрела вниз. Рыбак в красной шляпе, рыба, два маленьких корабля – все было на месте. Я прихватила с собой нож и повесила его на пояс, хотя он вряд ли помог бы мне против такой толпы. В горле пересохло. Я не понимала, с чего начать разговор с чужаками. Мне вообще казалось, что я и слова выдавить не смогу, до того долго прожила в одиночестве. Но я заставила себя спуститься, нашла тропу, ведущую к берегу, и, полная ужаса и надежды, вышла навстречу рыбакам.