Глава 35

Глава 35

Небо было ясным, стояла теплая погода. Главной моей напастью в те дни стало солнце, потому что спрятаться от него было негде. Лицо у меня покрылось волдырями, а еще я изнывала от жары, потому что, в отличие от моих спутников, не могла сорвать с себя одежду, чтобы хоть немного охладиться. Рыбаки часто прыгали в волны, обвязавшись веревками. Микел особенно любил купаться, а с ним и Юлен и их младший товарищ Беньят. На втором корабле тоже нашлись купальщики. Лучше всех получалось у Иона: ему даже не нужна была веревка. Он ловко нырял и умел плавать и на поверхности, и глубоко под ней. Проворный и сильный, как морской угорь, он исчезал под водой, а потом всякий раз удивлял товарищей внезапным появлением. Я завидовала веселым играм мужчин, но редко осмеливалась открыто за ними наблюдать. Возвращаясь на палубу, рыбаки стряхивали с себя воду, точно собаки, а я всякий раз опускала взгляд, чтобы лишний раз не расстраивать и не смущать их.

Я старалась жить скромно. Если мужчины справляли нужду прямо в море, стоя или сидя, я брала маленькое ведерко и пряталась за ящиками с соленой рыбой. Мое тело скрывалось под длинной ветхой одеждой, но руки делали все, чтобы заслужить расположение спутников. Когда они затаскивали на борт новый улов, я помогала чистить и жарить рыбу. Когда сети рвались, я связывала поврежденные нити. И, развернув образ Девы Марии, молилась о безопасном пути.

Мои суровые спутники делились со мной пищей, как и я делилась с ними еще на острове. Микел, мой переводчик, угощал меня рыбой, вином и галетами. Он один не смеялся надо мной в первые дни, когда меня особенно сильно одолевала морская болезнь; напротив, подбадривал и даже усадил на носу корабля, где не так сильно укачивало. Там я и осталась, даже когда недомогание отступило. Ночевала я тоже на носу, убаюканная движением волн. Постельного белья у меня не было, пришлось довольствоваться плащом, но спала я крепко, умиротворенная мыслями о том, что больше не нужно охотиться или собирать хворост. В плавании мне пришлось целиком довериться рыбакам и положиться на волю Господню.

Около месяца мы плыли по спокойной воде. Азнар указывал нам путь, сверяясь со звездами. Одежда на мне часто промокала от брызг, но я не мерзла. Спала я всегда с ножом под рукой, но нападений не боялась, ведь спутники видели во мне не просто женщину, а почти святую, посвятившую себя Господу, и верили, что именно я приношу им удачу и хорошую погоду.

Увы, они сильно переоценили мое влияние. На пятой неделе нашего плавания небеса омрачились. Поднялись такие волны, что оба корабля заходили ходуном. Солнце побледнело. Микел с тревогой смотрел на беспокойную воду.