Тем временем один из грабителей понажимал на пульте какие-то кнопки и немного прижал пресс. Юрка Пятипальцев заорал и получил несколько сильных зуботычин.

– Как зовут твоего дружка? – допытывался дознаватель с третьим глазом.

– Лева! – кричал Пятипальцев. – Нилепин Лева!

«Нилепин!» – взорвалось в мозгу Оксаны Альбер.

– Кто из вас начальник? – кричал палач.

– Никто! – отвечал Юрка, корчась от боли. – Никто ни начальник!

– Врешь!

– Соси! – рявкнул Пятипальцев и харкнул в красавчика-дознавателя кровавый сгусток. – Я наладчик! А Лева – станочник! А ты – идиот!

– Ах так! – серия ударов от которых крупное лицо Пятипальцева превратилось в окровавленную маску. – Где он? Где твой Лева?

– Не знаю. Был в кабинете.

– В каком?

– В кабинете начпроизводства.

– Опять врешь, падла! Мы там были, там никого нет! – на это Юрка не знал, что ответить. – И после этого ты говоришь, что вы обычные рабочие? Тогда на кой хер вы были в кабинете начальника?

– Бабло хотели слямзить, – признался Юрка. Конечно признался, а что ему оставалось?

Оксана еще сильнее нахмурила брови и прижала кейс. Что это должно означать?

– Хотели – и слямзили! – заключил палач. – Теперь говори – бабло у молодого? Где молодой? Слушай, толстяк, пресс уже горячий, ты чувствуешь? Ты знаешь до какой температуры он разогревается.

– Конечно, козел усатый, я знаю! Я налаживаю этот пресс!

– А какое у него давление сжатия?

– Сто десять тонн.

– Хочешь проверить, что для тебя окажется больнее – быть поджаренным как котлетка, или быть раздавленным как блинчик? Хочешь стать вафелькой?