– Не было, Константин Олегович.

– А видел ли ты Оксану Альбер? – продолжал допрос начальник производства.

– Не видел, Константин Олегович. Врать не стану – не видел. Я и вас-то увидел, когда вы вон там лежали… А когда вы сюда пришли, я тоже не видел.

– Допустим, – как-то задумчиво согласился Соломонов, – А вот скажи-ка, кого ты видел сегодня?

– Кого я видел? – замялся Авдотьев.

– Да, перечисли всех. И не утаивай ни одного. Прежде всего меня интересует личность в синем полукомбинезоне с логотипом фирмы по ремонту и установке вентиляционных систем. Видел такого?

– Дайте вспомнить… Нет не упомню такого.

– Ты что, мать твою, перечислял в памяти всех кого ты сегодня видел?

– Так точно, Константин Олегович.

– То-есть ты многих видел? Говори – кого! Кто, мать их, сейчас в цеху!

Авдотьев вытер нос и зашамкал беззубым ртом. Нилепин знал, что Авдотьев не станет скрывать перед своим богоравным шефом ничего из того, что произошло с ним в цеху и, естественно, будет прав. Почему он должен скрывать что-то, тем более, что фабрику захлестнула волна насилия и второй человек после генерального обязан знать все? И конечно Николай Ильич расскажет о Леве Нилепине, у него просто не было ни одной причины держать рот на замке. Соломонов нахмурив брови, прислушался к причитаниям Авдотьева, а Нилепин продолжал прятаться за колонной.

Только Коля приступил к перечислению, начав с кочегара Аркадьича и охранника Пети Эорнидяна, как у Константина Олеговича заиграл мобильный телефон. Прервав монолог, мужчина приложил трубку к уху:

– Алло, Люба? – спросил он, имея в виду мастерицу, с чьего номера раздался звонок. – Что? Да. А ты кто? А! Тебя-то я и ищу! Деньги у тебя? Чего? Ты думаешь они у меня? Вот как… Давай, где? Да… Договорились, жди, я прямо сейчас приду и выпущу тебе мозги, сученыш, мать твою!

Соломонов убрал телефон и взглянул на старика Авдотьева другими глазами. Он услышал по телефону какую-то информацию, после которой потерял к старичку интерес и теперь смотрел на него как на ненужный предмет. Нилепин не торопился высовываться из-за укрытия и наблюдал как его высокий босс извлек из внутреннего кармана зимнего плаща что-то небольшое, открыл это и взяв по щепотке того, что там было насыпано, поочередно вдохнул обоими ноздрями. Потом Константин Олегович надолго обездвижено застыл, вперив взгляд в точку в пространстве. Почти присевший на корячки у его ног Коля Авдотьев преданно смотрел на своего хозяина и не мешал, ни чего не говорил. Но вот Соломонов очнулся, мотнул головой и достал из-за ремня огнестрельное оружие.