Они разожгли костер из плавника, сварили кофе и поели, а потом принялись ждать, пока следующий отлив откроет им дорогу. Мужчины легли в тени машины. Анна оставила их и пошла вдоль воды, время от времени останавливаясь, заслоняя рукой глаза от солнца и вглядываясь на север.

Приподнявшись на локте, Гарри смотрел на нее с такой любовью и благодарностью, что ему трудно было дышать.

«В осень моей жизни она дала мне весну, юность, которой я никогда не знал. Она принесла мне любовь, которая всегда проходила мимо меня», — думал он, и, когда Анна исчезла за дюной, не смог вынести ее отсутствие.

Он вскочил и заторопился за ней. Дойдя до поворота, он увидел Анну в четверти мили впереди. Она наклонилась над чем-то на песке, потом выпрямилась, увидела Гарри и замахала руками над головой, призывая его криком. Грохот прибоя заглушал голос, но ее волнение было так очевидно, что Гарри побежал.

— Минхеер, — бежала она навстречу ему, — я нашла…

Она не договорила, схватила его за руку и потащила за собой.

— Смотрите!

Анна опустилась на колени рядом с каким-то предметом. Он почти совершенно погрузился в пляжный песок, и вокруг уже бурлил наступающий прилив.

— Это часть шлюпки.

Гарри присел рядом с ней, и вдвоем они принялись голыми руками разгребать песок, стараясь обнажить кусок дерева, выкрашенный белой краской.

— Да, это кусок обшивки большой спасательной шлюпки.

Новая волна накатила на берег, обрызгав их до пояса. Убегая, она унесла раскопанный песок, и на разбитом белом корпусе стало видно название, нанесенное черными буквами.

«Протеа К.». Нескольких букв не хватало. Там, где пенные волны бились об обшивку, краска отсырела и обсыпалась.

— «Протеа Касл», — прошептала Анна, стирая мокрыми юбками песок с букв.

— Вот и доказательство! — Она повернулась к Гарри, и он увидел, что по ее сожженным солнцем щекам неудержимо катятся слезы. — Доказательство, минхеер, доказательство того, что моя дорогая малютка добралась до берега и спаслась!

Теперь и Гарри, который, будто молодожен, жаждал угодить Анне во всем и сам отчаянно хотел верить, что скоро увидит своего внука, способного заменить ему Майкла, уставился на нее, разинув рот.

— Это доказательство того, что она жива. Теперь-то вы в это верите, правда, минхеер?

— Мефрау, — Гарри в смятении взмахнул руками, — у нас теперь замечательный шанс, согласен целиком и полностью.

— Она жива. Я знаю. Как можно сомневаться? И до тех пор, пока вы не поверите…

На ее красном лице появилось свирепое выражение, и Гарри испуганно капитулировал.