Стивенс, неестественно скрючившись, лежал разбитой кровоточащей щекой на остром обломке камня. Рот открыт, правая нога нелепо поднята вверх. Стараясь не причинять юноше боли, Меллори выправил вывернутый сустав. Стивенс не пришел в сознание, но дважды с его губ сорвался тяжелый стон. Меллори старался не обращать на это внимания. Сжав зубы так, что заболели челюсти, он продолжал свое дело. Медленно, с максимумом предосторожности закатил штанину на ноге Стивенса и, на секунду прикрыв глаза, отвел взгляд. Кость порвала мышцы и кожу.

— Сложный перелом, Андреа, – он мягким движением опустил ногу, и тут его пальцы наткнулись на что-то твердое, чуть выше ботинка Стивенса. – Господи, – пробормотал он. – Еще один перелом. С парнем совсем скверно, Андреа.

— И то правда, – серьезно ответил грек. – Тут ничего мы сделать не можем?

— Ничего. Абсолютно ничего. Сначала нужно его поднять, – Меллори выпрямился и мрачно осмотрел вертикальную трубу расщелины. – Хотя, Боже, как мы...

— Я подниму его, – в голосе Андреа не было отчаянной решимости. Он просто сообщил о своей готовности голосом человека, который никогда не сомневается в возможности выполнить обещание. – Если ты поможешь мне поднять его на спину и привязать...

— И это с его-то болтающейся на куске кожи сломанной ногой? – возразил было Меллори. – Стивенс вряд ли выдержит. Он умрет, если мы это сделаем.

— Он умрет, если мы этого не сделаем, – пробормотал

Андреа.

Несколько секунд Меллори смотрел на Стивенса и молча кивнул.

— Да, он умрет, если мы не поднимем его наверх, –

устало повторил он слова грека. – Нам придется это сделать. – Он оттолкнулся от камня, спустился по веревке, уперся в стенку расщелины чуть пониже Стивенса. Дважды обернул веревку вокруг пояса и глянул вверх.

— Готов? – тихо окликнул он Андреа.

— Готов, – Андреа наклонился, подхватил Стивенса под мышки огромными ручищами, легко и медленно стал поднимать его, а Меллори подталкивал снизу. Несколько раз из хрипящего горла парня вырывались долгие дрожащие стоны. Меллори сильнее стиснул зубы. Наконец сломанная нога Стивенса перешла из руки Меллори в крепкую руку Андреа. Неподвижное и застывшее, как у куклы, лицо

Стивенса, мокрое от дождя и крови, откинулось назад.

Меллори подтянулся повыше, с тихими ругательствами завязал мозолистыми пальцами узел и стянул им тело

Стивенса. Проделал все это автоматически: перед ним еще маячила разбитая голова юноши, нелепо запрокинутая назад, за плечо, размазанная дождем кровь на лице, пробитый висок под клоком темно-русых волос – дождь успел смыть с них краску.