– Частенько бывал в этом доме?

– Нет…

– А ротенфюрера, которого я из-за реки привел, помнишь?

– Нет…

– Давно продался, подлец?

– Нет…

– Недавно! – усмехнулся Костров. – Ну, ладно. Нам нет времени твои «неканья» слушать.

– В лагере у тебя, надеюсь, язык развяжется, – добавил

Бойко.

Редькину и Волохову завернули назад руки и прочно связали их.

– Вперед, марш! – скомандовал Костров.

На улице поджидал Снежко.

– Все в порядке, – шепнул он на ухо капитану, – староста подкатил на паре… быстро довезет.

Не успел Костров по возвращении рассказать об удачно проведенной операции, как вошедший в землянку дежурный доложил командиру бригады, что крестьянин Сурко хочет его видеть.

Зарубин недоуменно пожал плечами. «Неужели опять какая-нибудь новость? Может быть, что-либо спутали или не того, кого надо, взяли?»

– Веди его сюда, – приказал он дежурному.

Вошел Сурко. В его всклокоченной редкой бороде и в усах торчали сосульки, и с них сразу же начали падать капли.

– Прямо сюда пришел и не побоялся? – спросил его

Зарубин…

– Теперь уже не боязно. Сволочугу убрали. Я наблюдал все время…