Если попасть в эту щель, можно хотя бы ранить и обезвредить его. Он посмотрел на жалкую железяку, которая осталась у него от винтовки, и понял, что надо подобраться ближе, гораздо ближе.

Он попробовал подниматься по лестнице бегом, но, как ни старался ступать легко, на носочках, большие шляпки сапожных гвоздей в подошвах звенели по стальным ступенькам.

Услышав этот звон, Фергюс Макдональд сразу остановился и спрятался за стальную балку.

– Всего лишь один, – пробормотал он. – Но поднимается быстро.

Он опустился на одно колено и стал всматриваться сквозь щели между ступеньками, пытаясь увидеть жертву своей охоты. Ступеньки перекрывали одна другую, как веер карт в руке игрока, а кронштейны и балки всей конструкции образовали густую, непроницаемую чащу внизу.

Оставалась одна надежда: как-нибудь ухитриться и свеситься через перила лестницы над дырой шахты.

Правда, его очень пугала мысль о стволе шахты, уходящем во мрак на глубину в тысячу футов, а кроме того, он достаточно высоко оценивал своего противника и боялся, что тот с легкостью влепит ему пулю в лоб.

Фергюс занял удобную позицию, чтобы хорошо видеть следующий виток лестничной спирали.

«Надо подпустить его как можно ближе», – подумал он.

Для того чтобы стрелять наверняка, левую руку он положил на горизонтальный швеллер на уровне подбородка, а сверху пристроил ствол тяжелого пистолета. Фергюс знал, что на расстоянии более десяти шагов револьвер бьет очень неточно, но устойчивое положение ствола обеспечит ему хотя бы один верный выстрел.

Он склонил голову к плечу, прислушиваясь к тихому цоканью сапог по стальным ступенькам: казалось, противник уже совсем близко. Потихоньку взведя курок, он осторожно прицелился.

Наверху снова застучал пулемет; Марк остановился и, затаив дыхание, посмотрел вверх, чтобы оценить ситуацию. И к собственному смятению, понял, что поднялся слишком высоко.

Угол зрения поменялся, и щели в помосте исчезли. Пришлось осторожно спускаться, пока он снова не увидел светлые полоски между темными балками.

Не вполне ясная тень наверху шевельнулась; значит, пулеметчик на месте. Он все там же, тело его перекрывает все ту же щель, но выстрел отсюда почти невозможен.

Стрелять придется вертикально вверх, что очень неудобно даже в наилучших условиях, а теперь у него нет приклада, чтобы удерживать ствол в устойчивом положении, нет и мушки, чтобы точно прицелиться; стрелять придется в темную массу древесины, почти наугад целя в щель, ведь фигура пулеметчика закрыла собой свет с той стороны. И сама щель всего-то дюйма два шириной, и, если он хоть чуть-чуть промажет, пуля попадет в толстый брус и не причинит противнику никакого вреда.