Зиготомарусу не уступал весом и габаритами палорхест, он же сумчатый тапир, тоже дораставший до тонны веса. Другие ископаемые виды сумчатых были поскромнее размером, но счет шел на центнеры, никакого сравнения с кенгуру.

А еще в Австралии жила громадная птица гениорнис — исполинский гусь, разучившийся летать: высота свыше двух метров, вес до четверти тонны. Современные австралийские эму и казуары тоже птицы не мелкие, однако сущие птенцы на фоне гениорниса.

Илл. 41. Гениорнис, ископаемый громадный гусь. Ростом несколько уступал современному африканскому страусу (у того ноги и шея длиннее), но массой тела значительно превосходил.

Вся эта крупная фауна начала вымирать в одно и то же время. Старт процесса совпал с появлением первых людей в Австралии.

* * *

Австралопитеки, названию вопреки, в Австралии никогда не жили. И другие переходные между обезьяной и человеком виды приматов не жили, какой бы бред ни писал на эту тему расист Жюль Верн. В Австралию люди впервые попали уже людьми, вполне сформировавшимися Хомо сапиенсами.

Современными генетическими исследованиями установлено: все аборигены Австралии (а в лучшие времена их количество превышало, по умеренным оценкам, 1 млн.) ведут свое происхождение от весьма немногочисленной группы переселенцев, 250-300 человек, не более.

Высадились они, строго говоря, не в Австралии, а на древнем континенте Сахул. Уровень мирового океана в то время был ниже современного на 150 метров (значительная часть воды планеты Земля выпала из круговорота, лежала ледниками многокилометровой толщины в Евразии и Северной Америке), — будущая Австралия была больше размером и с ней составляли единое целое близлежащие острова, самые крупные из которых Тасмания и Новая Гвинея.

Оценки даты высадки разнятся, если их усреднить, получается примерно 50 000 лет назад.

Высадившиеся были весьма продвинутыми для палеолита людьми. Они, как уже упомянуто, умели пересекать моря, — даже с учетом низкого уровня океана 100 км водной глади им все равно пришлось преодолеть.

Ни скотоводства, ни земледелия высадившиеся не знали (и никто в мире не знал), но охотниками были весьма умелыми, успешно добывавшими в Евразии мамонтов, шерстистых носорогов и другую крупную дичь. Каменные орудия охоты достигли у них большой степени совершенства, примитивные копья (палка с острым обожженным концом) сменились куда более эффективным оружием, имевшим тщательно сделанный кремневый наконечник — после удара он отделялся от древка, оставался в теле животного, и даже мамонт, получивший несколько таких ран, был обречен.