И кладбище — совсем рядом, на прилегающей поляне. Остин насчитал там девять холмиков с крестами, а еще над одним торчало нечто вроде туземного копья.

* * *

Из четырнадцати брошенных здесь людей уцелело пятеро: капитан, боцман Дик Тернер и трое матросов (Айртон, как объяснил капитан, был временно произведен в боцманы из боцманматов, когда экипаж пришлось разделить). Тернер на берег не вышел, он едва держался на ногах и оставался в Нью-Хайленде, — подкидывал топливо в костерок, разведенный под громоздкой конструкцией. Еще один матрос лежал здесь же, на вольном воздухе, и признаков жизни не подавал.

— Мы все больны, — сообщил Грант. — Не знаю, что было бы, случись у всех пароксизмы лихорадки в один день... Но пока Господь миловал от такого.

Он подошел к ложу страдальца, пощупал лоб, пожаловался:

— Все запасы хины исчерпались, как и многого другого...

— На «Дункане» хватает хинного порошка, — успокоил Том Остин. — Скажите, это действительно перегонный куб?

Он кивнул на громоздкую конструкцию. Огромный медный котел с герметичной крышкой, змеевик... Едва ли здесь дистиллировали воду.

— Да, это он, — подтвердил Грант. — Я заказал его в Сиднее... Давно, когда был совсем другим и был глух к зову Господа. Его необходимо уничтожить, нельзя оставлять папуасам такое наследство. Спирт сводит их с ума, и я давно бы прекратил перегонку. Но после того, как закончились патроны и консервы, лишь спирт не позволял нам погибнуть. Сегодня мы покончим с этим. И с Нью-Хайлендом тоже. Это прОклятое Господом место, оно должно исчезнуть с лика Земли, как исчезли Содом и Гоморра.

Том Остин обменялся взглядами с Лавинией, и ему показалось, что в ее взгляде нарастает тревога и недоумение. Возможно, он ошибался и ему просто хотелось это увидеть.

Гарри Грант подошел к небольшому бочонку — жестяному, на десять галлонов, такие имелись и на «Дункане». Грант свинтил крышку, попробовал поднять емкость, но сил не хватило: бочонок покачнулся, толика жидкости выплеснулась.

— Пахнет не слишком аппетитно, — констатировал Том Остин.

— Мерзкое пойло из тростника и бананов, — согласился Грант. — Но любой папуас продаст за него родную мать. Помогите мне!

— Что вы хотите сделать?

— То, что надо было сделать давно... Спалить это мерзкое место! Да помогите же!

— Уилан! — Том кивнул на бочонок.

Матрос подошел, ухватился за вторую ручку.

* * *