Гарри Грант стоял на ногах рядом с женой, и из груди капитана, из левой ее стороны, торчала длинная бамбуковая стрела с черным оперением.

Тома Остина охватило чувство дежавю, он уже видел это в сегодняшнем сновидении: распахнутый в крике рот Лавинии, ее безумный взгляд, взлохмаченные белокурые волосы.

«Теперь она вдова», — произнес в голове Тома чужой незнакомый голос.

* * *

Всю дорогу до «Дункана» Гарри Грант твердил, что Господь вновь сохранил ему жизнь, и это явно неспроста, это шанс исправить былые ошибки.

Том Остин мрачно думал, что жизнь капитана сберег не столько Господь, сколько добротная плотная бумага, употребляемая издательской фирмой «Маккензи и сын» для своих книг. Папуасская стрела пробила томик Нового Завета, лежавший в нагрудном кармане Гранта, на четыре пятых толщины, и безвредно застряла.

На половине пути томик пригодился: капитан зачитал из него пару стихов, когда тело Дика Тернера опустили на дно. Причем гробом послужил медный котел, и Остин подумал, что никто из бедолаг, отправлявшихся на его памяти в море с ядром в ногах, не имел такой роскошной гробницы. Опустевшую лодочку он хозяйственно распорядился поднять на борт. Всякое в жизни случается, в том числе и потеря всех штатных шлюпок в шторм, — тогда и эта скорлупка может пригодиться.

Похороны в устье реки оказались не последними. Ночью после мучительной агонии умер Макферсон. Стрелы оказались отравленными. Уилан, получивший лишь царапину, лежал с почерневшей, распухшей как бревно рукой, и страдал от приступов болезненных судорог. Том подумал было о немедленной ампутации, но понял, что это другой способ убить матроса, слишком высоко располагалась ранка... Решил: доберемся побыстрее до Брисбена, там найдутся врачи.

И все-таки без еще одних похорон в море дело не обошлось. Скончался не Уилан — тот матрос Гранта, что лежал, не вставая, лечение хинным порошком явно запоздало.

Хуже того, на пути к Брисбену свалился с тяжелым приступом лихорадки сам Грант.

* * *

Командование над «Дунканом» принял лоцман, заводивший яхту в Брисбенский порт. Лавиния и Том Остин устроили небольшое совещание в каюте старшего помощника.

— Нам не сохранить в тайне присутствие капитана на борту, — говорил Том.

— Да, — безжизненным тоном согласилась Лавиния.

Она вообще выглядела понурой, опустошенной, никакого сравнения с той энергичной женщиной, что мчалась на поиски мужа, сметая все преграды на пути. Хотелось ее обнять, утешить, но Том сдержался. Сказал:

— Он бредит, он зовет Мэри и Роберта, желает их увидеть.

— Да, — сказала Лавиния так же безжизненно.