– Думаю, сержант, тебя никто не может убить. Кроме… – Он говорил медленно, как с ребенком. – Кроме того, сержант, кого ты пытался убить, но не смог. – (Потное лицо исказилось непритворным страхом.) – Можешь припомнить такого, сержант?

Лицо дернулось, затряслось, ствол вновь уткнулся в подбородок.

– Нет, сэр!

– Хорошо!

Короткая мушка бейкеровской винтовки холодила Хейксвиллу кожу. Шарп перешел на шепот, чтобы слышал один сержант: – Ты мертвец, Обадайя. Колдовство ушло. – И громко выкрикнул: – Бах!

Хейксвилл отпрыгнул назад, жалобно взвизгнув, словно получивший оплеуху ребенок, и рухнул на траву. Шарп рассмеялся, прицелился и опустил курок на пустую, без затравки, полку. Хейксвилл распластался на траве, его лицо горело смертельной ненавистью.

Шарп скомандовал ухмыляющимся стрелкам:

– Смирно!

Они вытянулись. Шарп заговорил снова, на этот раз резко:

– Помните, я обещал. Вам вернут винтовки и зеленые мундиры, и я к вам вернусь! – Он не знал, как это сделать, но он это сделает. Обернулся к сержанту, указал на семистволку, которая висела у того на спине. – Дай сюда!

Хейксвилл покорно протянул ружье и патронную сумку, и Шарп повесил семистволку на плечо, рядом со штуцером. Взглянул на сержанта:

– Я вернусь. Помни об этом. – Он наклонился, подобрал кипу мундиров, зажал под мышкой и, хромая, пошел прочь.

Он знал, что Хейксвилл выместит зло на стрелках, но знал и другое: сержант унижен, все видели его уязвимость, а роте – роте Шарпа – довольно и этого.

Маленькая победа, может быть даже пустяковая. Но с нее начинается долгое победное шествие, которое должно закончиться в бреши Бадахоса.

Часть четвертая Воскресенье, 4 апреля – понедельник, 6 апреля 1812 г.

Часть четвертая

Воскресенье, 4 апреля – понедельник, 6 апреля 1812 г.

Глава 21

Глава 21

Пришла весть, что французы наконец выступили – не против осадившего Бадахос Веллингтона, а против нового испанского гарнизона в Сьюдад-Родриго. Партизаны и перехваченные ими депеши, нередко еще мокрые от крови французских гонцов, говорили об одном: среди французских генералов царит разброд, им не хватает солдат, а также мощных орудий, которые остались в занятых британцами северных крепостях.