— Индра, — шепнул юноша, будто бы проверяя имя Королевы Салфура на звук.

— У нее много имен, дитя, но одно явно отличается от остальных, — загадочно усмехнувшись, ответил сатир. — Сиенна — ее первое имя. Поговаривают, что это имя дал ей сам лес.

Бран с удивлением взглянул на Одвала. Впервые ему приходилось слышать о том, что у Королевы леса есть иное имя, что сам Салфур может давать имена своим же обитателям, подобно живому разумному существу. В эту секунду ему внезапно захотелось почувствовать то же, что уже много раз он успел ощутить, скитаясь по темной дубраве, по кривым нехоженым тропам этого чудовищно опасного леса — желание изучить это место вдоль и поперек, пробраться во все его уголки, разгадать все его тайны и узнать, почему они оказались здесь и кто именно стал этому виной. Но, обратившись внутрь себя, Бран осознал, что сейчас вся его страсть и интерес не имеют никакого значения. Он был равнодушен к лесу и ко всем его трижды проклятым обитателям. Больше он ничего не чувствовал ни к двуликой колдунье Аве, ни к скользким болотным тварям, ни к длинноволосым, чарующим своим внешним видом русалкам, ни к чудовищным клыкастым феям, ни к обезумевшей старухе Тайзети, убившей его друга, ни даже к загадочному сатиру. Единственное, чего он действительно желал в эту минуту, единственное, чем горела его измученная скитаниями душа — это расправиться с источником всего этого безумия, всего этого хаоса, приведшего к напрасным жертвам близких ему людей — с самой Королевой леса.

— Вижу, что тебя не особенно впечатлило то, что у леса есть собственный лик, — хмуро взглянув на Брана, сказал сатир. — Что ж, тогда не буду тянуть и скажу все, как есть: ты должен убить ее, дитя.

Ниса замерла на месте, услышав слова Одвала. Она упрямо уставилась на сатира, словно пыталась понять, говорит он всерьез или попросту издевается над ними. Если это была не шутка, то отчего это большое, пугающее своим видом существо не может самостоятельно расправиться с причиной всех несчастий Салфура, их несчастий, никак не касающихся обыкновенных людей, из которых был и сам Бран? Каким именно образом юноша сможет противостоять самому сильному монстру в запретном лесу? Разве у него есть оружие или магические силы? Ответ был очевиден.

— Уже много лет она живет в туманной реальности и просыпается довольно редко. По крайней мере, все говорит именно об этом, — почесав свою редкую бородку, задумчиво сказал сатир. — Сиенна слаба, а потому не может тратить жизненные ресурсы на бодрствование. Она правит своими владениями сквозь сон, блуждая сознанием по всему лесу.