Глазьев выразительно отхлебнул чаю и глянул в окно, будто там был написан текст для его речи.

– Здесь не так все просто, как может казаться. – Он поправил соскочившую лямку подтяжек. – Если вы его видели, то понимаете, что это никакой не волк. А оборотнем считался человек в полнолуние оборачивавшийся в волка. Этот же – зверь иной. На волка он похож разве что мордой, и то не особо.

– Вы же его не видели?

– Я слышал рассказы деда и видел рисунки отца. Если на деда этот зверь напал, но жизнь сохранил, то отец в 20-х годах сам охотился на него.

Листровский удивленно приподнял правую бровь. Глазьев как раз в этот момент оторвался от созерцания обстановки за окном.

– Да, да. Когда началась эта канитель сразу после гражданской войны, когда оборотень снова вернулся, мой отец часто пытался выследить его. Даже пулю серебряную отлил, как по поверьям. Но все было без толку. Отец дважды напарывался случайно на зверя и каждый раз ему приходилось спешно бежать. Он рассказывал, что при виде оборотня у него все тело застывало, страх был такой, что руки отмирали. А мой отец бесстрашный охотник был, на медведя один ходил! А тут такое! Говорил, что оборотень просто огромен и невероятно уродлив. На задних лапах передвигается, а передние, как у обезьяны болтаются.

– Он стрелял в него?

– Стрелял пару раз. Говорил, что попадал. Но зверю было как будто безразлично.

– Серебряной стрелял? – с небольшой ухмылкой спросил Листровский.

– Ей он и попал. Так что, если не промазал, то… – Глазьев махнул рукой.

– Как вы считаете, как его убить?

– Хотел бы я это сделать, – на лице Глазьева мелькнула какая-то тень. – Но тут не все так просто. – Охотник остановил свой рассказ и прямо посмотрел в глаза Листровскому. – Вы ведь его встречали? Стреляли?

– Стреляли, – через паузу подтвердил капитан. – Наш снайпер всадил в него около пятнадцати пуль. Автоматчики расстреляли почти все магазины. Даже крови не нашли потом.

– То-то и оно! – Глазьев вернулся к созерцанию окна. – С ним иначе надо. – Он почесал свою ухоженную бороду. – Хотите сделку?

– Вы предлагаете сделку КГБ?

– Вам нужно то же самое, что и мне. Мы оба хотим убить оборотня. Я хочу, чтобы финальной стала моя пуля.

– Вам нужен трофей?

– Нет. Мне нужно закончить дело деда и отца.

– Принцип, значит?

– Пусть будет он.