— Сожалею, сэр, но ни по одному номеру никто не берет трубку.

— Этого не может быть, — нахмурился Николас. Один телефон стоял у Саманты в бунгало на Ки-Бискейн, а второй — на столе в лаборатории.

Девушка покачала головой:

— Я пробую дозвониться каждый час.

— От вас можно послать телеграмму?

— Разумеется, сэр.

Она дала ему стопку бланков, и Ник принялся писать: «Пожалуйста, немедленно перезвони…» Здесь он указал номер своей квартиры в Квинс-Гейт, затем номер офиса Джеймса Тичера, после чего задумался, держа ручку в воздухе и пытаясь подыскать слова, которые выразили бы его беспокойство… Увы, тщетно.

«Я тебя люблю, — наконец написал он. — Очень-очень».

После полуночного звонка Николаса, в котором он рассказал про перевозку кадмиевой нефти, Саманту Сильвер закружил водоворот событий.

Проведя серию встреч с руководством Гринписа и других экологических организаций в целях создания общественного резонанса в связи с новой угрозой океану, она в компании Тома Паркера прибыла в Вашингтон, где им удалось переговорить с заместителем директора управления по охране окружающей среды и двумя молодыми сенаторами, — однако все усилия проникнуть еще глубже натолкнулись на гранитную стену интересов крупных нефтепромышленников. Даже обычно словоохотливые источники сейчас с крайней осторожностью высказывались против новой крекинг-технологии «Амекса». Как заметил один тридцатилетний сенатор-демократ, «рука не поднимается угробить проект, который обещает на пятьдесят процентов увеличить выход ископаемого топлива».

— Мы вовсе не это хотим угробить! — вскинулась Саманта, и без того уже измотанная усталостью и досадой. — Нас не устраивает безответственный способ, которым собираются везти кадмиевую отраву по крайне важным и уязвимым морским путям!

Впрочем, когда она выступила с докладом, где описала сценарий возможных последствий для Северной Атлантики, куда хлынет миллион тонн токсичной нефти, то в глазах собеседника увидела неверие, а на губах — снисходительную улыбку, с которой обычно обращаются к слегка чокнутым.

— Господи, ну неужели так трудно иметь здравый смысл! — горько жаловалась Саманта.

Они с Томом Паркером встретились с лидерами Гринписа на севере и западе страны, и те пообещали помочь как словом, так и делом. Калифорнийское отделение прибегало к физическому вмешательству только в крайних случаях, — например, когда потребовалось вклиниться на крошечном катере между русским китобоем и малыми полосатиками, которые пришли в Калифорнийский залив.

В Галвестоне они договорились с молодыми техасцами, что пикетирование завода «Амекса» начнется сразу, как только поступит подтверждение, что ультратанкер вошел в воды Мексиканского залива.