— Здесь, неподалеку, есть одно бистро…

— Черт возьми, у меня нет времени валять дурака!

Однако «роллс-ройс» уже мягко скользил по узким портовым улочкам, огибая высокие здания складов.

— Туда каких-то пять минут, да и местная кухня славится своими омарами. Их готовят не на американский, а на армориканский манер, в сливочном соусе… райское наслаждение. — Лукаво улыбаясь, она продолжала болтать.

Машина тем временем выехала на набережную. По ту сторону узкой внутренней гавани высилась пятнистая коробка-укрытие базы фашистских подлодок, чей железобетон успешно выдержал бомбовые удары королевской авиации Британии, а затем и усилия экспертов-подрывников, даже после всех этих лет.

— Питер просил передать тебе горячий привет. Кстати, его официально приняли в команду юниоров. Я им так горжусь…

Николас сунул руки в карманы и съехал по мягкой кожаной спинке сиденья.

— Очень рад это слышать, — пробурчал он.

Следующие несколько минут прошли в полном молчании. Шофер притормозил возле шлагбаума, заплатил сбор, и машина въехала на мост Сен-Назеровский. Громадный пролет протяженностью почти три мили внушительной дугой выгибался в небо над Луарой, достигая высоты в триста футов. Если встать на самой верхней точке моста, то можно обозреть всю верфь с высоты птичьего полета.

Вдоль берегов этой широкой мутноватой реки стояли десятки заложенных судов — настоящие джунгли из стальных строительных лесов, кранов и незавершенных корпусов, — однако все они меркли на фоне исполинского «Золотого рассвета». Без нефтяных гондол танкер производил впечатление выпотрошенного и объеденного до косточек великана, как если бы кто-то, например, повалил Эйфелеву башню и с одного конца пристроил к ней современное многоквартирное здание. Казалось немыслимым, что такой голиаф может плавать.

«Господи, что за уродина», — подумал Ник.

Вслух же он сказал:

— Смотри, до сих пор ведут работы.

Действительно, один из портальных кранов натужно полз вдоль судна, напоминая страдающего от артрита динозавра. Через каждые полсотни шагов сияли голубые дуги электросварки, в то время как по усеянному заклепками борту ползали человеческие фигурки, доведенные до муравьиных пропорций титаническими габаритами судна.

— Ну, видишь? Работают? — повторил он укоризненно.

— Николас, в этом мире все очень запутанно…

— Дункан об этом знает?

— …исключая людей вроде тебя.

— Стало быть, с Дунканом ты не разговаривала, — горько бросил он.

— Тебе легко быть сильным. Одна из твоих черт, которая меня привлекла с самого начала.