– С чего это он смилостивился? – спросил Пепе. – Барбаросса никого не жалеет.

– Черт его знает, – развел руками Сантьяго. – Сказал, будто ему понравилось, как я дрался. Мои солдаты с «Гвипуско» сражались хуже некуда, – он махнул рукой, и Пепе понимающе кивнул.

– Не радо рассказывать. У меня в подчинении несколько сотен таких болванов. Не дай Бог Барбаросса атакует Кадис, они разбегутся при первом орудийном залпе.

Сантьяго продолжил рассказ. Он вдруг понял, как ему хочется поделиться пережитым с кем-нибудь из близких. Он ждал этого от отца, надеялся на беседу с ним, но тот даже не начал разговора, и вот теперь скрытое волнение вырывалось из Сантьяго, словно вода из переполненного бурдюка.

– Где могут прятать твоего брата? – повторил Пепе, когда Сантьяго закончил говорить. – Мне не докладывают о происшествиях такого рода. Сам понимаешь, не мой уровень. В портовых притонах творится черт знает что, и навести в них порядок практически невозможно. Да я и не пытаюсь расчистить эти авгиевы конюшни.

Пепе умолчал о том, что каждый месяц получает от хозяев этих самых притонов солидную мзду, предназначенную как раз для того, чтобы он не пытался изменить сложившийся порядок вещей.

– Однако есть у меня человечек… – помощник коменданта постучал пальцами по столешнице. – Официально он числится продавцом надгробий, а чем занимается на самом деле, я даже знать не хочу. Потому что такое знание потребует от меня вмешательства. Хе-хе, если говорить вкратце, его деятельность способствует расширению объемов его же торговли. Надеюсь, ты понимаешь, что я имею в виду?

– Понимаю, – ответил Сантьяго.

– Свою свободу он покупает тем, что регулярно сообщает мне о событиях в ночной жизни припортовой территории.

– Доносчик? – уточнил Сантьяго.

– Я не люблю этого слова, – поморщился Пепе. – Лояльный власти человек!

– Отлично! Называй его как находишь удобным. Давай имя и адрес!

– Зовут его Аделберто, с утра и до ночи он сидит в своей конторе неподалеку от таверны «Белый лев». Спросишь любого прохожего, его все знают. Разумеется, просто так он тебе ничего не скажет.

– Не волнуйся, – Сантьяго вытащил из кармана горсть монет, – за этим дело не станет.

– Денег будет недостаточно, человеку с улицы Аделберто не скажет ни слова. В тех играх, которыми он занят, расплачиваются головами, а не золотом. Если ты будешь сильно настаивать, то за большую сумму он сплавит тебе ничего не значащие сведения. Погоди, я дам тебе кое-что.

Пепе подошел к столу, взял колокольчик и позвонил. Спустя несколько мгновений дверь отворилась и в кабинет с почтительнейшим поклоном вошел слуга.