– Мама, нас пригласили друзья по Навигацкому отпраздновать чудесное спасение Сантьяго, – не моргнув глазом соврал Педро. – Ну посуди сама, какой смысл наедаться перед пирушкой?

– Твой отец, – назидательно произнесла донья Клара, – никогда не выходит из дому голодным. Могу себе представить, чем будут кормить в таверне, куда вы спешите. Уж поверьте мне, вы никуда не опоздаете. Сперва поешьте здоровой домашней еды, а потом пируйте на здоровье.

– Мама, мама, – укоризненно произнес Педро, – ты же сама учила, что опаздывать нехорошо. Санти виновник торжества и должен встречать гостей.

– А я уже тарелки расставила, – огорченно произнесла донья Клара.

Посланник Гонсалеса ожидал у входа, опершись спиной о косяк двери. Увидев сбегающих по лестнице юношей, он рывком оторвался от косяка и молча двинулся по улице. Педро и Сантьяго пошли следом.

– Из-за ее мелочной опеки, – рассерженно пробормотал Педро, – я не сумел надеть кирасу. Наверное, ей легче увидеть меня с раной в животе, чем отпустить из дому на пустой желудок.

– Не говори глупостей, – возразил Сантьяго, – донья Клара тебя сразу отпустила и даже не особенно сопротивлялась.

– Санти, – сверкнул глазами Педро, – мать прекрасно понимает, что ей нечем меня остановить. Все ее упреки и причитания просто дань прошлому. Но из-за этой дани, когда дело дойдет до драки, я могу оказаться в неприятном положении.

Пока они добрались до «веселого квартала», над Кадисом уже повис высокий сиреневый вечер.

– Милейший, – обратился Педро к посыльному, протягивая ему монету, – раздобудь-ка нам факел. Я не намерен пачкать ноги в дерьме, которое валяется тут на каждом углу, или шлепать по лужам помоев.

Посыльный кивнул, ловко подхватил монету и скрылся в одной из подворотен.

– Ты не преувеличиваешь? – удивился Сантьяго. – Я вчера тут немало погулял и ни в чем не испачкался. Да и луна, смотри, какая, видно будто днем.

– Тсс, – Педро поднес палец к губам. – Скоро ты все поймешь.

Посыльный появился, держа в руке пылающий факел, и довел друзей почти до самого конца квартала, где улочки упирались в старую крепостную стену, построенную еще маврами. Стена проходила по кромке скалы, отделяя город от океана, и зеленые волны жадно точили ее основание. Когда-то она была единственной защитой от врагов, мавры возвели ее столь основательно, что ремонт практически не требовался.

Захватив Кадис, испанцы сочли стену недостаточно надежным укреплением, и на прибрежных скалах был выстроен могучий форт, ощетинившийся пушками. Стена утратила свое значение, сейчас ее даже не охраняли, часовые, прогуливавшиеся по стенам форта на расстоянии нескольких десятков брасов, лишь изредка озирали ленивым взором покрытые черным мхом камни. Опасность могла прийти только из глубин океана, поэтому все внимание часовых, подкрепленное десятками пушечных жерл, было обращено в противоположную сторону.