– Знаешь, о чем я подумал, пока тебя дожидался? – сказал Сантьяго. – Хорхе, видимо, решил, что это та самая черная книга, которую колдуняки разыскивают. Написана по-еврейски, цвет тот самый. Он, поди, хочет ее сбыть магам и чародеям.

– Точно! – воскликнул Педро. – То-то он бормотал, будто есть люди, готовые за нее многое отдать, только мне самому вовек не догадаться, кто они такие.

– Слушай! – от пришедшей в голову мысли Сантьяго даже остановился. – А ведь все очень просто! Он хочет сбыть ее евреям! Это ведь они хранят и продают колдунам-католикам черную книгу.

– Какая ерунда, Сантик! – ответил Педро. – Ну для чего католику эта книга? Он ведь в ней слова разобрать не сумеет! Хорхе ее и щупал, и на свет смотрел, и нюхал, чуть на зуб не попробовал, а все потому, что больше с ней делать нечего.

– Весьма вероятно, Педро, что при продаже колдун получает объяснения.

– Знаешь что, дорогой гранд, раз уж эта книга попала к нам в руки, давай завтра отправимся прямо к евреям и попробуем с ними потолковать.

– О чем толковать с порождениями сатаны, пьющими кровь невинных детей?

– О, ты уже и в это поверил, – усмехнулся Педро. – Нельзя же так серьезно относиться к болтовне моих сестричек.

– Это мне падре Бартоломео рассказал.

– Ах, сам падре Бартоломео! – всплеснул руками Педро. – Ответь, наивный дуралей, а чего ты ждешь от представителя трибунала инквизиции? Он тебе расскажет то, что должен рассказывать. Знай же, что до сих пор в Кадисе не поймали ни одного еврея, пьющего кровь католиков. Все расследования закончились ничем, пропавшие дети находились. Ну, отправили на костер пару-тройку евреев, но это не служит доказательством их вины. Ты ведь знаешь, как ведут дела в инквизиции, сам рассказывал мне историю про вашу служанку Розиту.

– Росенду, – поправил Сантьяго.

– Какая разница! В общем, выхода у нас нет, поэтому давай подходить к вещам практично. Помнишь Пепе и его черную мессу? А вдруг евреи по своим книгам отыщут того, кто ворует мальчиков, а то и самого Ферди?

– Так они и бросились искать! Помнишь, как тот же Пепе еле от них отбился? Они нас с тобой к альгвазилу потащат!

– Не потащат, мы не пойдем лишь бы к кому! У моего отца есть торговые партнеры среди евреев, и самый близкий из них купец Хайме Родригес. Завтра с самого утра и потопаем к нему в лавку.

– Как-как его зовут? – воскликнул Сантьяго, услышав имя, названное ему Барбароссой.

– Хайме Родригес, его лавка находится возле Пуэрто де Тьерра, там, где все еврейские лавки. Ты что, знаком с ним?

– Нет, никогда не встречался, – честно произнес Сантьяго, – но слышал это имя. Зачем ждать, пошли прямо сейчас!