– Зачем тебе эти ткани? – недоумевающе произнес Педро. – Я думал, мы торопимся.

Сантьяго уже хотел было рассказать ему о еврейском мальчишке, как предчувствие подсказало ему: молчи, Педро ничего не должен знать.

– Глаза слепит, – пояснил он. – После недели в открытом море я стал плохо переносить яркий солнечный свет.

– А-а-а, – уважительно протянул Педро. – Тогда не торопись.

Когда они снова вышли на улицу, Сантьяго чуть обернулся и заметил мальчишку. Тот стоял на противоположной стороне и якобы что-то рассматривал у бродячего разносчика. Дойдя до перекрестка, Сантьяго снова бросил взгляд назад и сразу выделил из толпы мальчишку, идущего за ними на приличном отдалении.

«Значит, это не случайность, – подумал он. – Надо спровадить Педро и разобраться, в чем тут дело».

– Слушай, что-то у меня в горле пересохло от огорчения, – сказал он товарищу. – Давай заглянем в таверну, выпьем по кружке вина.

– О-о-о! – с нескрываемым восхищением вскричал Педро. – Ты уже и этому научился! Вон, через тридцать шагов вход в таверну. Тут все солидно, не как в «веселом квартале», но у Фелипе вкуснее.

– Займи место, и я сейчас. Хочу кое о чем поразмыслить.

– Мыслитель, – усмехнулся Педро. – Сократ Кадиса!

– Ладно, ладно, иди – скоро буду.

Педро ускорил шаги и вскоре исчез за дверью таверны, а Сантьяго резко повернулся и побежал навстречу мальчишке. Тот даже не успел сообразить, что происходит, как Сантьяго схватил его одной рукой за плечо, а второй сграбастал за шею. Горло у мальчишки было тоненьким и горячим, Сантьяго почувствовал, как отчаянно забилась жилка под его пальцами.

– Почему ты следишь за нами?

– Отец просил передать, – запинаясь произнес мальчишка, – чтобы вы пришли сегодня вечером, как стемнеет. Но без сопровождения, один. И книгу не забудьте захватить.

– Хорошо, – Сантьяго разжал пальцы, вытащил из кармана монетку и сунул ее мальчишке. – До вечера!

Это был самый длинный день в жизни Сантьяго. Вино в таверне было кислым и теплым, Аделберто опять не оказалось дома, Гонсалес витиевато разглагольствовал о каких-то важных новостях, которыми он надеется вскорости обрадовать сеньора гранда, Педро был невыносимо болтлив, а день слишком жарким.

Около полудня, сославшись на головную боль, Сантьяго распрощался с приятелем и отправился домой. Предусмотрительный Хуан-Антонио закрыл окна и опустил жалюзи, поэтому в комнате юноши царил полумрак и еще ощущалась ночная свежесть. Сантьяго улегся в постель и проспал до сумерек.

– Откуда у вас эта книга? – спросил Родригес, не успел Сантьяго переступить порог его комнаты.