- Хм ... - задумалась Вайолет. - А ты как думаешь, Леон? Саффи готова к этому?’

‘Есть только один способ это выяснить, - ответил он. - Но послушай меня, Шафран: будь спокойна, слышишь?’

- Да, Папа.’

- Всего лишь легкая рысь, а если она пройдет достаточно хорошо, то и легкий галоп. Но не более того!’

- Нет, Папа.’

- Ну, если ты уверен, Леон, - уступила Вайолет, давая понять, что считает это крайне неразумным занятием. Она велела конюху оседлать Танкерея, и вскоре стук лошадиных копыт по булыжной мостовой разнесся по двору. Саффи подошла к Танкерею, который посмотрел на нее с презрением. Очевидно, он так же скептически, как и леди Вайолет, относился к тому, что у этой длинной, стройной женщины-человека есть шанс контролировать его. Шафран стояла рядом с массивной скульптурной головой Танкерея, гладила его твердые мускулистые щеки, все время разговаривая с ним, чтобы он привык к звуку ее голоса. Когда за обедом обсуждалась поездка в конюшню, она предусмотрительно утащила из столовой недоеденное яблоко. Она вынула его из кармана, все еще держа в руке, убедилась, что Леон и Вайолет заняты своим собственным разговором и в данный момент не обращают на нее никакого внимания, и сунула его под нос Танкерею. Он сразу понял намек и в мгновение ока съел яблоко. Саффи в последний раз погладила Танкерея по щеке и попросила конюха помочь ей подняться.

‘Вы уверены, Мисс? Это адский зверь, простите, что я так говорю.’

- Совершенно уверена, спасибо.’

Она поставила одну ногу на сложенные ладони конюха и вскочила в седло. Секунду спустя, прежде чем Танкерей успел возразить, она уже вела его через двор к пятистворчатой калитке, ведущей в загон. Конюх побежал вперед и открыл дверь, чтобы пропустить лошадь и всадника. Леон и Вайолет последовали за ними и встали у ограждения, окружавшего загон, чтобы посмотреть, что будет дальше.

‘Я очень надеюсь, что с ней все будет в порядке, - с тревогой сказала Вайолет.