- Спасибо, - сказал Фрэнсис после паузы. - Это было чертовски любезно с твоей стороны. Мы могли бы потратить годы, пытаясь прорваться на немецкий рынок, и не достигли бы того, что сделал этот вечер.’

‘Мой дорогой друг, не думайте об этом, - ответил Эрхардт. ‘Насколько я понимаю, у нас есть общие друзья и общие интересы, которые – как бы это сказать – простираются за пределы мира коммерции, нет?’

‘Ах, да, я думаю, что да. Полагаю, вы следили за последними событиями в Палестине?’

- Конечно, с большим интересом. А теперь я не могу вас больше задерживать. Но я уверен, что сегодня вечером начнется партнерство между "Кортни Трейдинг" и Третьим рейхом, которое окажется выгодным для обеих сторон. И я также надеюсь, что в предстоящие недели и месяцы мы с вами сможем продолжить обсуждение вопросов, представляющих взаимный интерес.’

‘Значит, ты остаешься здесь, в Каире?’

‘На какое-то время, я думаю, да.- Он приветливо улыбнулся. ‘Как бы это сказал англичанин? Ах да ... ты еще не видел меня в последний раз, старина.’

Мистер Браун, несомненно, был человеком весьма высокого положения, поскольку он говорил очень небрежно и без всякого чувства хвастовства о своих встречах с премьер – министрами, начиная с Гладстона – мистер Браун был очень молод во время четвертой и последней администрации Великого человека-и кончая нынешним обитателем дома номер 10 по Даунинг-стрит Стэнли Болдуином. Его суждения были рассудительны, взвешенны, но не лишены определенной остроты. - Мистер Болдуин уже служил двум английским королям в первый год своего пребывания на этом посту, и меня нисколько не удивит, если в скором времени он будет служить Третьему, - заметил он однажды июньским вечером 1936 года за обедом за одним из лучших герцогских обеденных столов в Англии. Он приберег свое замечание до тех пор, пока дамы не вышли из-за стола, ибо, как он любил говорить, " глупо и даже несправедливо ожидать от представительниц прекрасного пола не только красоты, но и конфиденциальности.(По правде говоря, карьера мистера Брауна в значительной степени зависела от способности женщин извлекать секреты из безнадежно нескромных мужчин. Но тогда мало что в нем было таким, каким казалось.)

- Черт возьми, дружище, ты не можешь так говорить! - воскликнул герцог, подзывая лакея, чтобы тот налил ему еще портвейна. - Его Величество-молодой человек, еще в самом расцвете сил. Нет никаких оснований полагать, что он еще долго не проживет. Переживет нас всех, осмелюсь сказать.’

- При всем моем уважении, ваша светлость, я не предполагал, что король умрет, просто он больше не будет нашим монархом.’