- Хотела бы я, чтобы он с таким же энтузиазмом проводил время со мной, - заметила Гарриет с притворным разочарованием, хотя улыбка на ее лице говорила о том, что она прекрасно знает, как сильно Леон любит ее общество.

‘Вы сказали, что делаете ремонт в кабинете?- Спросила Шафран с ноткой беспокойства в голосе. ‘Что ты делаешь с ... - Она замолчала и виновато посмотрела на Гарриет, прежде чем закончить, - с маминой картиной?’

‘Это очень хороший вопрос, - ответил Леон. - Мы с Гарриет долго говорили об этом. Я не думаю, что было бы правильно для любого мужчины начинать новую жизнь со своей второй женой, если первая все еще бродит по дому, как призрак Марли.’

‘Но мама же не ...

- Подожди! Придержи лошадей, Саффи, и дай мне закончить ... я люблю эту картину так же сильно, как и ты. Вот почему, по предложению Гарриет, я попросил Васильева скопировать мамину голову в виде гораздо меньшего портрета, который мы повесим где-нибудь, хотя я еще не решил точно, где именно. Между тем оригинал портрета будет должным образом упакован для хранения, так что ты можешь иметь его, когда ты будешь достаточно старой, чтобы иметь собственное место.’

‘И мы собираемся сделать новую картину ... нас, - сказала Гарриет, подходя к Леону и беря его за руку. Они оба посмотрели на Шафран, и по тому, как они смотрели на нее, она поняла, что они надеются на ее одобрение.

Эта перемена ролей была чем-то, чего она никогда не испытывала раньше, но их счастье и их надежда, что она будет включена в него, были настолько очевидно искренними, что она была полностью покорена.

‘По-моему, это прекрасная идея, - сказала она. ‘Но когда все будет готово, не стоит прятать ее в кабинете. Вы должны повесить ее в столовой, где все могут ее видеть.’

‘Что ж, это мысль, - сказал Леон. - А теперь, если вы, леди, извините меня, мне нужно привести в порядок снаряжение для большого похода вокруг поместья.’

‘Это так важно, что ты здесь, - сказала Шафран Гарриет, когда они снова остались одни. - Как будто тайный сад снова оживает.’