– Далеко еще до «Блюхера»? – спросил Флейшер и вдруг, несколько запоздало, назвал его по имени, правда без упоминания воинского звания: – Далеко еще, а, Кайлер?

Ну да, надо почаще напоминать щенку, что, собственно, его должность соответствует званию полковника и он гораздо выше по чину этого лейтенантишки.

– Еще один поворот, комиссар, – ответил Кайлер.

Ленивая интонация в его голосе пробудила в голове Флейшера мысли о шампанском, об опере, о шумных лыжных прогулках и об охоте на кабанов.

– Надеюсь, капитан фон Кляйн как следует подготовился к вражескому нападению? – спросил он.

– Корабль стоит в надежном месте, – отозвался Кайлер.

Впервые в его ответе послышались нервные нотки, и Флейшер сразу ухватился за это. Он почуял благоприятный случай. За последние два дня, с тех пор как он познакомился с Кайлером в месте слияния с рекой Руаха, Герман старательно пытался нащупать у него хоть какую-нибудь слабость.

– Скажите мне, Кайлер… – доверительно понизил он голос, – все это, конечно, останется строго между нами… но вы действительно считаете, что капитан фон Кляйн способен справиться со сложившейся ситуацией? То есть я хочу сказать… не думаете ли вы, что другой человек мог бы достичь более удовлетворительного результата?

А-а! Есть! Смотри-ка, как он покраснел, какая злость вспыхнула на загорелых щечках. В первый раз преимущество было на стороне Германа Флейшера.

– Комиссар Флейшер, – начал Кайлер, говорил он тихо, но, прислушиваясь к его интонациям, Герман так и ликовал. – Капитан фон Кляйн, под командой которого мне выпала честь служить, самый опытный, искусный и смелый офицер. Более того, он еще и джентльмен.

– И что? – хмыкнул Герман. – Тогда зачем этот образец совершенства прячет свою простреленную задницу в дельте Руфиджи? – Он откинул назад голову и торжествующе загоготал во все горло.

– В другое время и при других обстоятельствах я попросил бы вас взять свои слова обратно.

Кайлер повернулся и пошел к передним поручням. Он стоял, глядя вперед, а катер, попыхивая, преодолел еще один поворот, за которым открылась все та же безотрадная перспектива темной воды и мангрового леса.

– Вот перед вами и «Блюхер», – сказал Кайлер, не поворачивая головы.

Но, кроме гладкой водной поверхности и мангровых деревьев, раскинувших плотные, кудрявые верхушки над поднимающимся горбом берегом, впереди ничего не было видно. Пухленькое смеющееся лицо Германа превратилось в застывшую маску, глазки в поисках крейсера забегали, улыбочка превратилась в оскал: он решил, что лейтенант его дразнит. На якоре в этом русле никакого военного крейсера определенно нет.