Ван Эйк умер в 1441 г. во время работы над картиной под названием «Мадонна провоста Мальбека», заказанной для монастыря в Ипре и сегодня известной только в копии. Его хоронили дважды – сначала на кладбище, затем в соборной церкви Святого Донациана в Брюгге, позднее полностью разрушенной после Французской революции. Он провел при дворе Филиппа Доброго 16 лет, и, хотя большинство его лучших работ были написаны для других клиентов, его имя до сих пор ассоциируется прежде всего с Бургундией. Ван Эйка знали при дворах всей Европы как «превосходного мастера живописи», и многие художники, даже итальянцы, приезжали за сотни миль в бургундские города Фландрии и Нидерландов, чтобы внимательно изучить его работы и, возможно, разгадать и перенять его приемы[944]. Что ж, в конце концов, именно поэтому Филипп Добрый и нанял его. Творчество ван Эйка принесло Бургундии не меньше славы, чем закулисные политические интриги и сложная двойная игра англичан с арманьяками.
Филипп пережил своего лучшего художника на 25 лет – он умер в возрасте семидесяти лет в 1467 г. Его потомки оказались не в состоянии ни превратить Бургундию в королевство, ни даже сохранить ее независимость: в 1490-х гг. Бургундия раскололась, и большая часть ее территории вошла в состав будущей Священной Римской империи Габсбургов. Однако культурная репутация этого недолго просуществовавшего европейского полукоролевства, намного превосходящая его политический вес, сохранялась и много веков спустя. А привычка Филиппа демонстрировать свое могущество и величие через щедрое покровительство получила самое широкое распространение.
«Человек эпохи Возрождения»
«Человек эпохи Возрождения»
Около 1482 г. тридцатилетний художник Леонардо да Винчи написал письмо Лодовико Сфорца по прозвищу Иль Моро (Мавр), правителю города-государства Милан. Леонардо просил у Лодовико работу. До этого он много лет трудился во Флоренции в весьма уважаемой художественной мастерской Андреа дель Верроккьо. Лучшего места для обучения ремеслу нельзя было представить: Верроккьо сам по себе был прекрасным художником, и в число его клиентов входили самые богатые и высокопоставленные флорентийские семьи, включая Медичи. В его мастерской создавали прекрасные картины, изделия из металла, скульптуры, церемониальные доспехи и ткани. Из мастерской Верроккьо вышел увенчавший купол Брунеллески медный шар – шедевр инженерного и художественного мастерства, изготовленный с помощью паяльных горелок из вогнутых зеркал, позволявших сфокусировать солнечный свет в одной точке и многократно усилить его температуру[945]. Под началом Верроккьо Леонардо не раз получал возможность продемонстрировать свои таланты: вместе с мастером он написал несколько прекрасных картин, в том числе «Товия и ангел» (выставлена в Национальной галерее в Лондоне) и «Мадонна с младенцем» (сейчас находится в Берлинском государственном музее). Однако когда Леонардо исполнилось тридцать лет, он решил поставить перед собой более высокую цель. Он не просто желал стать самостоятельным художником или иметь собственную мастерскую во Флоренции. Он хотел быть кем-то большим. В адресованном Лодовико Сфорца письме он рассказывал, что умеет делать.