Появилась Мариэтт. На кухне она повязала волосы косынкой, и когда сняла ее, волосы разметались вокруг лица. Она была в комнатных туфлях, платье, надетое на голое тело, подчеркивало ее формы. Она выглядела слегка расплывшейся, с тяжелой грудью, складками жира на талии. Платье так плотно обтягивало живот, что было видно даже углубление пупка.

Бенедикт специально говорил ей «ты». Каждый раз, когда он проходил мимо нее или она оказывалась поблизости, он фамильярно хлопал ее по заду.

И все же ему нельзя было отказать в здравомыслии. Он объяснял:

— Увидите вечером, сколько народу набьется в «Моану». Все уважаемые господа явятся в полном составе. Вчера еще не все были в курсе. Теперь, когда известно, что появилась «новенькая», она уже может рассчитывать на два десятка поклонников. Даже если уродина. А она, кажется, хороша собой… Вы ее видели?

— Мельком…

— Если учесть, что у нее — особый случай, что она вовсе не заурядная пассажирка и провела все плавание в спасательной шлюпке и что из-за нее сошел на берег офицер из команды… Я, кстати, видел этого парня…

Он засмеялся, стараясь придать своему смеху оттенок циничности.

— Ну да, я ходил взглянуть на него, как и все… И вы станете таким, майор… У нас мало развлечений… Сегодня солидные люди вроде меня не поленились зайти к Мариусу, взглянуть на радиста… Некоторые уверены, что он в ближайшие дни покончит с собой. Другие считают, что он убьет женщину… Всем интересно, есть ли у него револьвер… Как вам потроха? Иди, выпей с нами, Мариэтт… Да, конечно, в таком виде… Не идти же переодеваться… Не так ли, майор?

Он ел, пил, говорил без умолку.

— Понимаете, это настоящая драма. Я говорю о Лотте и ее офицере. Вы видели, сколько народу собралось на берегу, когда пришел корабль? И так — каждый раз… Потому что глядя на пассажиров, спускающихся по трапу, каждый думает: «А вдруг произойдет что-нибудь интересное?» И всякий раз — что-то новое… Это чувствуешь сразу. Иногда вновь прибывшие живут здесь неделями, месяцами, не привлекая внимания, и только позже разыгрывается драма.

Вот когда вы сошли на берег, я сразу же вас заметил… Там, на краю острова, живет один английский лорд — он немного похож на вас, только худее и старше… У нас здесь много англичан. Они-то и привлекают к себе самый большой интерес, потому что как никто стараются сохранить респектабельность, а потому держатся дольше всех…

Чуть позже в машине он сказал:

— А как вам Мариэтт? Вам будут говорить, что она мне изменяет, и это правда… Иногда она в таком настроении, что к ней лучше не подходить… Я пытался с ней расстаться… Три недели не появлялся в «Клубе»… Кстати, о Лотте…