– Надо попытаться бежать, – зашептал Светоний, наклонившись так близко, что Гадитик почувствовал запах у него изо рта.

– Цезарь сейчас двигаться не может, так что выбрось это из головы. Потребуется несколько месяцев, чтобы письма попали в Рим, и еще несколько, чтобы собранные деньги доставили пиратам… если их вообще доставят. У нас более чем достаточно времени для разработки плана.

Пракса пираты тоже пощадили. Без доспехов он выглядел как простой обыватель. Даже пояс у него отобрали, потому что большую пряжку можно было использовать как оружие, и теперь он постоянно подтягивал штаны.

Пракс единственный из пленников отнесся к перемене фортуны с видимым спокойствием, и его поведение действовало на остальных умиротворяюще.

– Парень прав, центурион. Вполне возможно, что они выбросят нас за борт, когда получат серебро из Рима. Или сенат не позволит нашим семьям собирать выкуп, а просто предпочтет забыть обо всем.

Гадитик немедленно ощетинился:

– Не забывайся, Пракс. Сенаторы тоже римляне, что бы ты о них ни думал. Они не бросят своих сограждан!

Пракс пожал плечами:

– Все равно надо составить план. Если эта трирема встретит римскую галеру, которая пойдет на абордаж, нас точно выкинут за борт. Опутают ноги цепями – и на корм рыбам.

Гадитик долго смотрел на своего помощника.

– Хорошо. Мы подумаем, как быть, но, если появится шанс, я ни одного человека не брошу. У Цезаря сломана рука и разбита голова. Раньше чем через несколько недель он не встанет.

– Если вообще выживет, – вставил Светоний.

Кабера зло посмотрел на молодого офицера:

– Он сильный, и его лечит мастер своего дела.

Светоний отвел глаза и неожиданно покраснел.

Нарушил тишину Гадитик:

– Ладно, у нас есть время подумать о будущем, римляне.

Глава 6

Касаверий довольно улыбался, обозревая длинный кухонный зал. Суматошный трудовой день подходил к концу, последние заказы были выполнены несколько часов назад.