– Катя!! Эй! Это я, Женя! Я здесь!! – крикнул он вновь, понадеявшись на «Силу двух».

Хотел уже вслушаться в дерево, как во тьме раздалось:

– Женя! Это ты? Пацан, ты чего здесь делаешь?

Тут же присел, огляделся. Темно.

– Дедушка? – спросил у пустоты.

– Ага, он самый, – отозвался голос. – Ты как сюда попал? Я же не пускал.

Невероятное облегчение и счастье растеклось по телу.

Наконец-то! Боже, наконец-то он не один!

Улыбка растянула высохшие губы.

– Дед, ты где?

– Где-где, в чулане.

– Забери меня! – позвал Женек, сдерживая слезы.

– Иди на мой голос. Это очень просто. Только не оборачивайся.

Женя поднялся на обессиленные ноги:

– Я иду. Только ты не молчи.

Человек-Пальто завел историю о том, как он в Женькином возрасте один-одинешенек ходил на охоту. И Женек пошел. Уши были его глазами, а сердце – ногами.

– По несколько дней я выслеживал зайца, запоминал его тропки в лесочке. У меня не было ни ружья, ни капкана. Да для зайчика этого и не надо. Из лески я готовил силки, – рассказывал дед. А Женя шел, глядя перед собой, не оборачиваясь и не отвлекаясь на посторонние звуки. Только голос дедушки сейчас был важен.

Очень скоро впереди задрожал крохотный огонек. История точнехонько лилась оттуда. Дед как раз заканчивал охотничью байку тем, что, переодевшись в лису, сцапал-таки своего первого зайца, когда Женек, не заметив даже, шагнул вдруг в чулан и встал посреди знакомых стен.

Пальто висело на своем месте. Пламя вспыхнуло сильнее, словно дед вглядывался во внука.

– Ну и ну! Встретил, значит, Черного Мяука?