Снова хохотнул, запрокинув голову, откинул со лба светлые прядки и отвернулся к Артему. Простой, скромный, сдержанный, тот нравился Жене куда больше. Точнее, просто нравился, потому что Блондина он ненавидел.

– Да отстань ты от них, – устало буркнул Миша. – Лучше смотри, не пропущу ли я чего.

С двоюродным братом Женьку было спокойно. Даже когда Блондин сидел на расстоянии вытянутой руки. Просто здесь он был в меньшинстве. И, к тому же, в присутствии сестер привык делать вид, что с Женей его ничего не связывает. Кроме забавного случая в заброшенном доме, о котором благодаря болтливости Катюхи все давно знали.

Да, рядом с Мишей, высоким и крепким, трусить не приходилось. С Олей и Катей тоже – не только сейчас, но и всегда, – но при этом в Женька, бывало, прилетали насмешки вроде «спрятался за юбкой сестры».

– Коты и кошки очень умные. Вот что надо знать, – начал Миша. – Они понимают друг друга лучше, чем мы. Потому что в каждом из них есть Кошачий Бог.

Лариса и Оля переглянулись и, казалось, хотели рассмеяться, но так и не решили, кто первая.

– Есть легенда, что, когда наши прапрадедушки и прапрабабушки пришли обживать эти земли, они увидели, что не такие они, эти земли, безлюдные, – продолжил Миша. – Говорят, нашли дом. Одинокую маленькую избушку. И все. То есть понимаете: кругом, значит, поле, дальше леса, и вдруг – дом. Один единственный.

– Черный-черный? – вырвалось у Женька. Спать больше не хотелось. А кресло обернулось стулом, по которому вот-вот пустят ток.

Дима хохотнул. Хмыкнул и Миша.

– Пока что нет, – протянул он загадочно. Исключительно для братика. Затем вновь обратился ко всем. – Конечно, не новый, светлый и чистый, но и не разваливающийся. Из бревен. Только крыша из веток и соломы.

– Вот так вот прям точно известно, да? Про ветки, солому? – перебила Оля, улыбаясь.

– Это же легенда, Оль, – развел руками Артем. – Мне тоже рассказывали про солому. Кому-то, может, и по-другому…

– Слушайте дальше, блин, – оборвал Миша. И, оглядев всех, мол, готовы слушать, вернулся к тону рассказчика: – А жили в этом доме… кошки. Целая стая. Сама по себе. Люди, значит, дом этот трогать не стали. Мало ли, может, явится еще хозяин. Выбрали ровный участок поодаль и стали обживать. Настроили домов, зажили деревней, а хозяин тот так и не вернулся. Люди смирились с одиноким домом на отшибе. Жили себе, работали в поле.

– Через какое-то время коты и кошки стали забегать в деревню, – подхватил Артем, и все взгляды перескочили на него. И даже серенькая кошечка, что улеглась посередке, повернула к нему голову. – Ластились, играли с детьми. И люди начали пускать их в дома. Многие оставляли у себя. Но все равно тот дом не пустовал. Кошки все так же жили там, играли, заботились друг о друге, бегали охотиться в поля и леса. Шли года, деревня росла. Приезжали новые семьи. И их дома все ближе подбирались к Кошачьему дому. Пока один…