Но, чувствую, письмо мое становится даже мрачнее, чем я предполагал, и, поскольку добавить про крепостную жизнь мне особенно нечего, попробую описать тебе, Сигизмунд, вражеское войско, во всяком случае, как оно видится отсюда, из крепости. Это, вне всяких сомнений, орда, а никакое не регулярное войско, однако орда, нарядившаяся частью в европейские одежды, а частью оставшаяся в привычных пестрых тряпках и кожухах мехом наружу. Одним словом, представь себе кого-нибудь из хорошо пограбивших казаков, нацепившего на себя, по их привычке, что-то из одежды каждого из встретившихся на пути народов: гусарский ментик, боярскую шапку, татарские сапоги, ну и еще что-то вроде черкесского плаща с подвешенными патронами. Вот это и будет в самом его непосредственном виде войско боярина Шереметьева – да-да, твоему брату, Сигизмунд, противостоит не безродный стольник, а глава виднейшего рода, бывший фаворитом царя Алексея еще в начале этой войны. Но нет сомнений, что князь Борис знатно провинился, раз его, несмотря на всю родовую честь, отправили осаждать эту полуразвалившуюся груду камней. Так вот, под началом князя состоит несколько сотен дворянской московской конницы, этих прямых наследников Батыевой орды, но наряду с этим и шквадрона рейтар, отличимых от наших только по пышным бородам, да московским кафтанам. А так – настоящая рейтария, как бы не казалось это странным. Не удивлюсь, если где-то у них припасена и гусарская рота – говорят, наш главный недруг, князь Хованский, буквально помешался на этом роде войск в последнее время. Впрочем, с таким дивом, как московские гусары, я пока не встречался, так что есть смысл пожить еще немного, чтобы все же его увидеть. Примерно так же дело обстоит из пехотой, где наряду со стрельцами – бледной и диковатой копией гайдуков – у московита есть немало и солдатских рот с превосходными мушкетами. Ей Богу, отмени князь Радзивилл хотя бы пару званых вечеров, все литовское войско на сбереженные деньги можно было бы вооружить такими же, да еще и коронным бы осталось. Часть из солдат, как говорят, при лошадях, так что определим их, пожалуй, в драгуны. А дальше оставим ненадолго шутки, поскольку, и в этом московиты себе не изменили: пушечный наряд у Шереметьева имеется такой, что за полчаса может разнести наши ветхие стены от башни до башни. Не знаю, осознает ли сам боярин, какой сокрушительной силой командует, но каждый вечер молюсь, чтобы Бог послал ему в этом вопросе полное неведение. Зная просвещенность московских бояр, надежда на это есть самая основательная. Весьма странно, что московское войско не поддерживают низовые, поскольку мы не видели до сих пор ни одной битвы в Литве без их участия. Было бы, однако, слишком самонадеянно с моей стороны считать, что я знаю все про вражеские отряды – быть может, наши бывшие подданные и стоят лагерем где-то поодаль. Ох, и заплатят же московиты однажды свою цену за эту помощь, как и мы платили веками за помощь против турок и татар.