Хотя повстанческие образования, существовавшие в 1919 г. в Украине в немалом количестве, выработанной, обоснованной государственнической идеологии, четких ориентаций в большинстве своем не имели (наиболее яркий пример тут Революционная повстанческая армия Н. И. Махно), им также не предполагалось никакого места в возрождаемой единой и неделимой России с твердыми авторитарными порядками.

Так что, пожалуй, самая мощная военная антисоветская группировка за весь период Гражданской войны в лице Белой гвардии имела и потенциально масштабный лагерь противостоящих сил. Конечно, этот лагерь не был един, монолитен. Больше того – о его консолидации и речи не могло быть. Надежды на тактические союзы весьма быстро исчезали, коль скоро дело доходило до надежного практического взаимодействия.

Серьезным подспорьем в постижении перипетий деникинщины служит пятитомник мемуаров главного ее вдохновителя и организатора – генерала А. И. Деникина. Появившийся в середине 20-х гг. прошлого века в Париже под названием «Очерки русской смуты», он затем неоднократно переиздавался в целом и по частям. А термин «смута» вообще приглянулся некоторым авторам, охотно использующим его при анализе имеющегося огромного документально-фактологического материала, позволяющего воспроизводить кульминационные события Гражданской войны.

Получив колоссальную помощь Антанты (по словам У. Черчилля, военного министра Великобритании, его страна отправила для Добровольческой армии 250 тыс. винтовок, 200 орудий, 30 танков и огромное количество боеприпасов[772]), А. И. Деникин счел ситуацию подходящей для генерального наступления, отдав 3 июля 1919 г. приказ о движении на Москву по трем направлениям. Кавказская армия барона Врангеля наступала вдоль Волги, пытаясь отрезать центральную Россию от хлебных районов Заволжья. Достигнув района Саратова, она должна была осуществить глубокий обходной маневр и двигаться на Москву. Донская армия под командованием генерала В. Сидорина, имея в авангарде два ударных конных корпуса, действовала в центре – на воронежском направлении. На левом фланге наступала Добровольческая армия под командованием генерала В. Май-Маевского. Ее ударный офицерский корпус двигался на Курск, Орел, Тулу, чтобы захватить Москву.

Планы относительно двух последних направлений были невыполнимы без захвата в сферу военных действий обширных регионов Украины. Как показало дальнейшее развитие событий, первоначально запланированный ареал должен был расшириться.

Натолкнувшись на стойкое сопротивление Красной армии на курском и воронежском направлениях, деникинское командование направило острие давления вглубь Украины. М. Стахив задним числом упрекает деникинских стратегов за безрассудные решения. Объединенные армии УНР они должны были рассматривать если не как дружественные или союзные, то, во всяком случае, как определенно антисоветские. Поэтому, вместо того чтобы воевать против УНР, куда логичнее и перспективнее было сразу идти на Москву, без страха за свой левый фланг[773].