Более того, из галицкого лагеря, со страниц каменецкого журнала «Стрелец» – органа галицкого правительства и Начальной команды УГА – в С. Петлюру полетели критические стрелы. Автором появившихся тогда статей «К булаве необходима голова» и «О военных специалистах» был О. Назарук – министр печати и пропаганды в правительствах В. Чеховского, и С. Остапенко, который позднее стал правой рукой Е. Петрушевича, его авторитетным советником. В упомянутых статьях главная вина за киевский «позор, который… не имеет себе равного в нашей истории», как и за провалы в военном строительстве вообще, возлагалась на людей, «которые и подпрапорщиками никогда не были и даже военной карты не умеют прочесть»[821]. Все легко угадывали в «тех людях» главного атамана С. Петлюру, других атаманов.

В историографическом смысле стоит хотя бы бегло упомянуть о памфлете О. Назарука «Год на Большой Украине», изданный в 1920 г., где преимущественно в черных тонах изображается надднепрянское руководство (несколько мягче – правительства В. Чеховского и С. Остапенко, но, очевидно, из-за причастности к ним самого автора) и всячески оправдывается политика галицкого руководства.

Анализируя причины позорной сдачи Киева врагу, И. Мазепа останавливается и на моменте, который обрел концептуальный характер в объяснении сущности Украинской революции и причин ее поражения в Гражданской войне. Историк прибегает к статистическим данным, по которым более трех четвертей жителей города были неукраинцами и симпатизировали преимущественно великодержавникам и даже черносотенцам. Приводятся и свидетельства очевидцев, которые конкретными фактами доказывают доминирующие антиукраинские настроения в Киеве[822]. Завершается сюжет выводом: «Это показывает, что, кроме фронта внешнего, наша армия имела на Украине еще фронт внутренний, фронт борьбы украинского села с неукраинским городом, где, словно в том троянском коне, прятались злейшие враги нашего народа.

Будущие украинские поколения не должны забывать, что без своего собственного украинского города с его более активными и подвижными слоями населения невозможна ни совершенная организация своих национальных сил, ни успешная оборона Украины от ее врагов»[823]. Хотя в подтверждение выводов о преимущественно недружественном, а то и враждебном отношении населения Киева, как и других городов, к украинским войскам на национальной почве приводятся многочисленные высказывания других участников событий, они не вполне убеждают. Точнее, складывается впечатление, что на острие объяснений неудач украинского движения все время (как и в эпоху Центральной Рады) выдвигаются моменты, призванные несколько затушевать просчеты его лидеров, несовершенства политических усилий, ошибки военной стратегии и тактики.