Однако автор, очевидно, и сам это чувствует и сразу добавляет другие соображения и факты, в частности о падении авторитета С. Петлюры и всего украинского руководства среди общественности Украины, о нарастании недоверия к их лозунгам и политической линии.

После киевской катастрофы шансов на восстановление борьбы украинским соборническим фронтом становилось все меньше. Заключенное в таких условиях 1 сентября 1919 г. общей галицко-надднепрянской делегацией перемирие с Польшей стало демонстративным актом украинской солидарности перед потенциальными союзниками и врагами. Согласно условиям этого акта стороны обязывались воздерживаться от враждебных акций и осуществить обмен военнопленными. Устанавливалась «нейтральная зона» между речками Збруч и Жванчик[824]. После окончания месячного срока перемирия оно возобновлялось каждые последующие десять дней.

Украинская Галицкая армия снова оказалась между большевистским и деникинским фронтами. В этих обстоятельствах Начальная команда взяла курс на сохранение организационной целостности подконтрольных ей сил как главного фактора для продолжения борьбы. Чтобы предоставить стрельцам необходимый отдых, почти все галицкие части 2–4 сентября 1919 г. были отведены в районы Игнатовка – Васильков и Казатин – Бердичев[825]. Настроения, царившие тогда среди политического и военного руководства, в определенной степени передает изданный М. Тарнавским 6 сентября приказ. В нем отмечалось: не следует «поддаваться настроению», «руководство должно все спокойно обдумать», чтобы, выбрав момент, снова идти вперед[826]. Но вектор его взглядов явно обращался в сторону А. Деникина. В частности, отвод войск в указанные районы диктовался стремлением избежать возможного столкновения с наступающей Добровольческой армией. Одновременно Начальная команда направила делегацию во главе с атаманом П. Бубелой для переговоров с генералом Н. Бредовым относительно совместного владения Киевом[827], но переговоры не принесли никаких положительных результатов.

Исходя из общих изменений в военно-политической ситуации, в Украине все отчетливее очерчивалась перспектива создания украинско-деникинского антибольшевистского блока. К этому же подталкивали английские и французские правительственные и дипломатические круги, которые пытались сплотить весь потенциал антисоветских сил.

Правда, исследователь М. Ковальчук считает несколько преувеличенным стремление официальных кругов Лондона и Парижа добиться взаимопонимания между А. Деникиным и С. Петлюрой[828]. Вернее, такое стремление существовало, и определенные дипломатические усилия осуществлялись, однако конечной целью они имели не установление равноправных отношений двух антибольшевистских субъектов, а подчинение армии УНР вооруженным силам юга России для укрепления их потенциала и реализации единонеделимческих планов.